– Я схожу в магазин и приготовлю небольшой ужин, – произнес Себастиан, вставая с дивана. – Я скоро вернусь, – добавил он успокаивающим голосом, увидев, как голова Николь поднялась с груди Марии. Выходя из комнаты, Себастиан чувствовал, как девочка провожает его взглядом, но она, по крайней мере, осталась на диване, в объятиях Марии.
– Спасибо, – услышал он голос Марии перед тем, как вышел в прихожую и надел ботинки. Ей незачем благодарить, подумал он. Это отнюдь не жертва. Напротив. Он ожидал предстоящего вечера с нетерпением.
Эрик обжаривал на кухне картофельную запеканку. Шницели в двойной панировке лежали на блюде, чтобы немного подсохнуть, масло с каперсами и анчоусами стояло наготове в холодильнике. Он подсоединил телефон к музыкальному центру и пел вместе с Ларсом Виннербэком песню «Из холода в тепло». Готовить он любил всегда. Для него это было в каком-то смысле оптимальным отдыхом. Даже не имело значения, каким выдался день. Час полной концентрации на кастрюлях – это все, что ему требовалось, чтобы прийти в себя. Этим вечером ему, пожалуй, требовалось чуть больше. День получился безумным. Самым безумным за всю жизнь. Убийство семьи Карлстенов и Яна Седера уже само по себе достаточно плохо, но убийца, переодевающийся врачом, чтобы ночью добраться до свидетеля в больнице… Это напоминало американский экшен-фильм. Начиная с того момента, как его разбудили в три часа ночи, он не переставал благодарить свою счастливую звезду за то, что больше не отвечает за расследование.
– Папа.
Он обернулся, одновременно протягивая руку к переключателю громкости на музыкальном центре. Виннербэк смолк, и Эрик быстро прочел по выражению лица дочери, что на секунду опоздал. Альме недавно исполнилось тринадцать, и, с ее точки зрения, Пийя и Эрик крайне редко занимались чем-нибудь не постыдным или безнадежно устарелым. Эрик догадался, что его дуэт с Виннербэком подходил под оба эти определения.
– Ты что, не слышал, что звонили? – спросила Альма, и по этим нескольким словам Эрик понял, что она считает его лично виноватым в том, что ей пришлось покинуть свою комнату и открыть дверь.
– Кто там? – поинтересовался Эрик, убавляя температуру под запеканкой.
Альма лишь пожала плечами и направилась обратно в комнату. Эрик вытер руки кухонным полотенцем и пошел в прихожую. Возле самой входной двери стоял Франк с таким видом, будто просил прощения, еще не успев заговорить.
– Прости, что помешал, вы ужинаете?
– Нет, все в порядке. Заходи, – пригласил Эрик, подошел и пожал Франку руку. – Я сейчас позову Пийю.
– Собственно, я хотел поговорить с тобой, – сказал Франк, стянул сапоги и отправился за Эриком на кухню.
– Хорошо, хочешь остаться на ужин? Еда будет готова через десять минут.
– Нет, спасибо, мне надо возвращаться к сыну.
Они вошли на кухню, Франк выдвинул один из стульев и сел, а Эрик вернулся к плите.
– Чем я могу тебе помочь? – поинтересовался Эрик, переворачивая тертую картошку. Поджарилось идеально.
– Я слышал, что вы разыскиваете машину, которая вчера стояла поблизости от Медвежьей пещеры.
– Да, верно.
– Я видел одну машину.
Эрик обернулся к Франку, который склонился над столом и сцепил перед собой руки.
– Утром кто-то позвонил в муниципалитет и сказал, что они наехали на косулю в том районе, поэтому я поехал и припарковался… У тебя есть карта?
Эрик, кивнув, покинул кухню. Буквально через минуту он вернулся с автомобильной картой и развернул ее на столе перед гостем.
– Я припарковался здесь. – Франк показал на карте, примерно в километре от Медвежьей пещеры, отметил Эрик. – Чуть дальше по этой маленькой дороге стояла машина. – Франк достал из кармана носовой платок и вытер под носом, который немного подтекал после прогулки в холодный апрельский вечер. – Поначалу я подумал, что это, наверное, машина, сбившая косулю, но ни в ней, ни поблизости никого не было.
– Ты помнишь, какая это была машина? – вернувшись к приготовлению еды, спросил Эрик.
– «Мерседес», я видел звезду с тремя концами, но какая модель и тому подобное, я не знаю.
– Цвет?
– Темно-синий, почти черный.
– Если бы ты увидел ее на фотографии, ты бы ее узнал?
– Возможно, не знаю.
– А регистрационный номер ты не запомнил?
– К сожалению, нет.
Эрик поспешно обдумывал, что ему следует делать с этой информацией. Разумеется, связаться с Торкелем. Информацию необходимо довести до сведения Госкомиссии. Скорее всего, они захотят встретиться с Франком и посмотреть, не смогут ли они выяснить, о какой модели идет речь, а потом прогнать сведения через реестр машин, чтобы, в лучшем случае, найти один или несколько автомобилей, зарегистрированных на какой-нибудь адрес поблизости.
– Как долго ты можешь не возвращаться к Хампусу? – спросил Эрик, пытаясь составить в голове временной план.
Франк посмотрел на наручные часы.
– Сиделка уйдет через полчаса. А что?
– Ты должен поговорить с Госкомиссией, – объяснил Эрик. – Они захотят попытаться идентифицировать эту машину.
– Они могут приехать ко мне домой, – сказал Франк, вставая. – Расскажи им, где я живу.
Эрик проводил его и вернулся к приготовлению ужина.
