Немая смерть полностью

Примерный район, где добывался жемчуг, нам был известен, но только примерный. Зато у нас имелся опытный сенсор и целых два человека, способных скрыть свою чакросистему и под хенге походить среди туземцев, выискивая «проклятые» места. Впрочем, Сачико я не отпустила, и на берег сошел только Кога Мизуки-сан, чунин из команды Хоро-сана. В оранжевой рясе, с посохом и набитой всякими подозрительными пузырьками сумочкой он ничем не отличался от тысяч бродячих монахов, живущих подаянием и оказывающих крестьянам разные мелкие услуги. Болезнь подлечить, парочку оженить, духов заговорить и всё в таком духе.

— Сенсей, я понимаю, почему вы не отпускаете нас, — подумав, заметила девочка. — Но почему Хоро-сан и Ясутора-сан тоже остались здесь, а не расспрашивают местных? Втроем же проще.

— Разные причины. Сразу несколько новых людей могут насторожить вожаков и старейшин деревушек. Местные шиноби могут ощутить слишком мощные очаги и определить в нас Узумаки. У Хоро-сана приказ, он не оставит меня без присмотра.

— Разве здесь есть сильные шиноби?

— Даже среди бесклановых попадаются бойцы, способные удивить.

Некоторый снобизм Сачико понятен. Чтобы стать сильным шиноби, надо тренироваться с самого детства под присмотром опытного сенсея, четко представляющего работу кеккей-генкая ученика. Хорошие шиноби без улучшенного генома встречаются крайне редко и представляют собой исключение из правил. В силу очевидных причин, найти учителя проще всего в своем клане, причем наставник должен тратить время не на зарабатывание денег на миссиях, а на присмотр за доверенным ему ребенком. Отсюда вывод — полноценно развить потенциал будущего бойца-чакропользователя можно или в скрытой деревне, обеспечивающей жителям относительную стабильность, или в клане.

Говорят, что больше всего шиноби ценят свои техники. Это не так. Величайшей ценностью в мире шиноби являются методики подготовки, проверенные на практике, в прямом смысле слова выстраданные теории. У великих, многочисленных кланов, поколениями изучавших и развивавших свои способности, таких методик много, и они чрезвычайно эффективны. Отсюда и проистекает их сила. У малых кланов, соответственно, программы обучения наработаны хуже и учителей тоже мало.

Появление скрытых деревень с их академиями и системой наставничества ситуацию, безусловно, изменит. Вопрос в том, в какой степени?

— В стране Моря нет сильных кланов, — продолжила я объяснение. — Тем не менее, у них есть сенсоры и одно-два хидзюцу, опасных в силу своей непредсказуемости. Лучше не рисковать.

— Но тогда какой смысл скрываться? Рано или поздно они и так, и так узнают, что Водоворот пришёл в эти края.

Похоже, девочка догадалась, что эта миссия будет иметь долгоиграющие последствия. Светлая у неё голова.

— Чем позже, тем лучше, не так ли? Есть разница между кучкой подозрительных пришлых и вполне укрепившимся поселением шиноби. Кроме того, кто говорит о Водовороте? Мы можем довольно долго прикидываться какими-нибудь беглецами из Волн или страны Рек.

— Узумаки сложно не узнать, а нас, ну, вассальных кланов, не особо много, — возразила Сачико.

— Хироши-кун похож на обычного Узумаки?

— Не очень, — улыбнулась ученица.

— Он пошел в отца, тот происходил из мелкого клана в стране Воды. Среди членов младшей ветви далеко не у всех красные волосы и плотная чакра.

На то, чтобы найти цель нашего путешествия, потребовалось две недели. Точнее говоря, мы нашли целых три источника природной сенчакры — рощу деревьев явно искусственного происхождения на одном из островов, коралловый риф со страшненькими обитателями и подводный грот со странной экосистемой. Роща, скорее всего, разрослась из единичного творения Сенджу, очень уж характеристики схожи. Рядом с ней жил крупный по местным меркам клан шиноби, да и находилась она на перекрестке парочки маршрутов, так что нам она не подошла. Грот, возле которого аборигены изредка вылавливали жемчуг, я забраковала по причине малого размера и той же географии. Смысла нет ставить там селение, достаточно скупать добычу у немногочисленных ныряльщиков.