— Нет, Мику, ты не можешь пойти на вечеринку к Маширо-чан, — покачала головой Юмико-сама.
— Почему?
— Потому что ты теперь невеста. Твоё поведение должно быть безупречно, чтобы не бросить даже тени на репутации семьи, жениха и рода.
— Да причем здесь это? — искренне удивилась сестренка. — Я уже десятки раз на таких вечеринках бывала, и всё проходило прилично.
— Раньше ты не состояла в ближнем окружении Макото-куна и никому не мешала. Раньше Рио-сан, талантливый военачальник, не был твоим женихом. Раньше глава нашего рода не вел самостоятельную политику. Много чего не было раньше, — вздохнула Юмико-сама. — Дочь, не забывай, Маширо-чан не только твоя подружка, но и внучка Торонаги-сама. Прикажут ей тебя подпоить — подпоит, прикажут спровоцировать какую-нибудь глупость — спровоцирует.
— Маширо-чан? Нет, она… — внезапно Мику замолчала и задумалась. Долго думала, минуты три. — Да, она может.
— Рада, что ты это поняла, — кивнула мать. — А вот тебе, Кушина, возможно, стоило бы сходить. Нельзя так часто игнорировать приглашения.
— Раньше тебя нельзя было звать, и ты понимаешь, почему.
Конечно, понимаю. Никто не хотел вызвать гнев Узукаге. Но, как говорится, «понять не значит простить». Меня устраивает нынешнее положение на периферии аристократического общества и до конца службы в Глубине я не намерена его менять.
— Даже я знаю, что миссия у вас была простой, — чуть подняла правую бровь Юмико-сама. — Не говоря уже о том, что недели для отдыха вполне достаточно.
В ответ я только пожала плечами. Не хочу идти. Знаю, что глупо, что наверняка нарушаю планы Кейтаро-сама, но не хочу. Если бы собиралась в далеком будущем, во времена оны, войти в Совет и стать старейшиной, то имело бы смысл переступить через обиду и налаживать отношения с потенциальными союзниками. Но я-то карьеру делать не намерена.
А миссия — да, миссия оказалась простой. Тихо пришли, быстро обнаружили цель, без особых сложностей её зачистили и оставили после себя не так уж и много следов. Враги у нас оказались опытными, но не слишком сильными, не спецкоманда. Трупы облачников и свое снаряжение забрали с собой, местным на глаза не попадались, границу стран Огня и Железа перешли незаметно. Лафа, да и только. Мы даже осмелились на пару дней задержаться в небольшой деревеньке с хорошей гостиницей, понежились в горячих источниках. Все бы миссии так проходили.
Вечером мы с Мику сидели на веранде, пили зеленый чай с рисовыми сладкими колобками и скучали. Редкое чувство, обычно времени ни на что не хватает. Никуда идти не хотелось, и Мику попросила:
— Давай поиграем во что-нибудь.
— Ну… Придумай. Помнишь, когда мы маленькие были, ты постоянно что-то придумывала?
Было такое. Давно, я тогда ещё говорить могла. Почему бы и нет?
Я сходила в мастерскую и взяла там несколько листов плотной бумаги, разноцветные чернила и кисточки.
— Это как? — зашевелилась на своих подушках сестра.
Игра Мику понравилась, мы до самой ночи валялись у низенького столика, потягивая сначала чай, потом сладенький ягодный морс и шлепая картами. Вернувшаяся из гостей Юмико-сама пребывала в хорошем настроении и присоединилась к нам. Подозреваю, у неё появился хахаль — в последнее время она подозрительно улыбчива. Однако шифруется хорошо, слежка результатов не дала.
Хорошо посидели.
Будни спецслужбы принципиально не отличались от работы обычных шиноби. Да, секретность выше, задания сложнее, противники опаснее. Ну и что? Ко всему можно привыкнуть.
Некоторое разнообразие вносила работа с агентурой. Даже той малости, которая становилась мне известна в силу занимаемой должности, хватало, чтобы осознать, насколько обширна разведсеть Узушио. Мы забирали донесения у попрошаек и доставляли срочные приказы высокоранговым чиновникам, вытаскивали из тюрьмы монаха и помогали решать проблемы с назойливыми бандитами шикарной содержательнице элитного борделя. Несколько раз нам поручали задания, связанные с ликвидацией шиноби из других деревень, и всякий раз давали точную, подробную информацию. Получить такую без наличия своих людей «на том конце провода» невозможно.
