После того как малышку достали из воды, ее уложили на пластиковую пленку, разложенную рядом. Из одежды на ней была только хлопковая пижамная кофточка с длинными рукавами, а ниже ничего не было. Она умиротворенно лежала на земле.
Вскоре из чана выловили и пижамные штанишки девочки.
Мне было невыносимо от мысли,
– Могло ли так случиться, что брюки сползли сами по себе при падении в воду?
– А сам как думаешь? – Наставник нахмурился, словно его брови внезапно потяжелели. – Это изнасилование или развратные действия.
Он осмотрел тело погибшей девочки. Кроме подкожного кровотечения вокруг лодыжек, больше на теле не было никаких видимых повреждений.
– Убийца схватил ребенка за ноги и нес его к чану вверх ногами, – заключил учитель. – Точную причину смерти установим после вскрытия.
– Сунь Хайоу всегда относился к своей дочери с любовью и нежностью, – растерянно произнес следователь. – Ранее вы сказали, что убийца и Чжу Фэн боролись на равных, потом обнаружили следы на тумбочке, а теперь еще и труп Чжу Линли… Непохоже, что на них напал Сунь Хайоу.
На это мы ничего не ответили. Конечно, смерть ребенка задела за живое всех, кто работал с нами над делом.
– Чан с водой стоит в укромном уголке, во время предварительного расследования мы его даже не заметили, – пояснил заведующий лабораторией криминалистической техники уезда Цинъян.
Наставник махнул рукой:
– Давайте уже в морг. Дело оказалось сложнее, чем мы думали.
– Что же он за человек такой? – угрюмо сказал я, садясь в машину. – Убить маленькую девочку… Какая жестокость! У этого человека нет сердца. Да разве можно его вообще называть человеком?!
– Он либо полный выродок, либо идиот, – ответил наставник.
– Учитель, как думаете, это мог быть Сунь Хайоу?
– Не исключено. Ни ты, ни я не знаем этого Сунь Хайоу. Никогда не поймешь, на что способен мужчина, сумевший побороть внутренние барьеры после многих лет угнетения и унижения.
Я кивнул и поднял глаза: впереди показались ворота цинъянского морга.
Первым мы начали вскрывать тело Гу Сянлань. Одетая в трикотажную фуфайку и подштанники, женщина была вся залита кровью. Ей нанесли двадцать одно ножевое ранение: семнадцать в лицо и четыре в шею. Лицевые кости были раздроблены, отчего пострадала мозговая ткань. Женщина умерла мгновенно.
После ее смерти убийца не остановился и нанес еще четыре рубящих удара в зону шеи, разорвав трахею, пищевод и сонную артерию погибшей. Болтающаяся голова еле-еле держалась на шейных позвонках. Гу Сянлань скончалась от тяжелой черепно-мозговой травмы.
Наставник отложил измерительную рулетку, которую до этого держал в руках:
– Подумайте, чем можно нанести такую травму?
– Каким-нибудь ножом или чем-то вроде этого, – ответил Дабао. – Это слишком простой вопрос.
Я кивнул.
– Кости сильно раздроблены. Это тяжелый металлический предмет с острым рубящим краем. – Договорив, я неосознанно вспомнил дело прошлых лет, где орудием убийства оказался сильно заточенный остеотом[72].
Наставник сказал:
– Смотрите, на лице и шее жертвы большое количество повреждений. Они располагаются в хаотичном порядке, но если присмотреться, их можно четко разглядеть. Я измерил глубину каждого пореза, самый глубокий равен восьми сантиметрам. Вы где-нибудь видели такой короткий нож? Более того, переломы костей говорят о том, что лезвие орудия убийства довольно толстое, непохоже на кухонный нож.
Я остолбенел:
– А-а! Топор…
Наставник кивнул:
– Верно, ее зарубили топором.
– Каким же монстром нужно быть, чтобы вот так убить человека… – Я нахмурился. – Он должен был бить с особой яростью, чтобы так размозжить ей лицо.
Учитель, изучавший содержимое желудка и кишечника Гу Сянлань, ответил вопросом на вопрос:
– Говоришь, в каком часу покойница пришла на свадьбу?
– Вроде в семь часов.
– Если они не ошиблись, – наставник вытянул вперед руку, – то мы можем исключить Сунь Хайоу из списка подозреваемых.
Учитель – очень скрупулезный человек. Я знал, что он не станет безосновательно что-то утверждать. Наставник обладал особым знанием и умел определять время смерти с высокой точностью, погрешность составляла плюс-минус час.
– Я правильно понял, – начал я, – что Сунь Хайоу просто не успел бы убить свою семью?
– Именно. Согласно нашему новому методу определения времени смерти, она умерла в промежуток между одиннадцатью вечера и часом ночи. В это время подозреваемый находился в поезде.
Вдруг в прозекторскую вбежал взмокший от пота главный следователь:
– Начальник Чэнь, мы схватили Сунь Хайоу!
Даже не поднимая головы, учитель ответил:
– Отпустите. Минуту назад мы исключили его причастность к нападению.
– Я как раз собирался доложить вам об этом… Сунь Хайоу задержали возле деревни, когда он, шатаясь, направлялся к своему дому. Узнав о смерти всех членов своей семьи, он сильно распереживался, можно сказать, впал в истерику от горя. Мы не ожидали такой реакции, но теперь тоже считаем, что он этого не совершал.
Наставник кивнул:
