Повреждения начали расплываться в моей голове; мне смутно виделась правда, но я не мог ее выхватить из потока сознания. Я стремительно погружался в сон, и мысли о девушке полуангеле-полудемоне покидали меня…
Рано утром следующего дня я вскочил с постели и поехал в полицейский участок.
Главный следователь, толкнув дверь в зал для совещаний, начал свой доклад для оперативной группы по результатам вчерашнего ночного допроса:
– Старик хитер. Вчера в десять вечера попросился спать, проспал до шести утра. Официальный допрос начался только недавно. Пока мы не сделали анализ образцов ДНК, взятых из-под ногтей Танъюй, и не сопоставили его с царапинами на его лице, он юлил. Теперь признался, что в тот день поссорился с Танъюй из-за работы ее матери, но всячески отнекивается, что состоял с ней в сексуальной связи.
Вот старый подлец!
Следователь продолжил:
– Анализ ДНК эмбриона подтвердил отцовство старосты, и только после этого он признался, что действительно состоял в половой связи с Танъюй. Однако неоднократно подчеркивал, что это было по обоюдному согласию и что он ей заплатил. Утверждает, что есть несколько свидетелей, которые могут подтвердить, что он заплатил за секс. Также он полностью отрицает, что сбил девушку. Сказал, что они поссорились, она расплакалась и убежала и он понятия не имеет куда.
– Ну, свидетели ему не помогут, – заметил начальник. – Девочке только недавно исполнилось четырнадцать, а эмбриону уже несколько месяцев. Мы можем спокойно посадить его за изнасилование, ведь он совратил тринадцатилетнего ребенка.
– Я ему тоже об этом сказал, – перебил следователь, – но он язвительно ответил, что мы не знаем законов и что его преступление квалифицируется как снятие малолетней проститутки[51].
– Да к черту эту статью! – Начальник Хуан ударил кулаком по столу.
– Ничего не поделаешь, – с безнадежным видом ответил следователь, – мы возбудили дело об изнасиловании, но когда оно дойдет до прокуратуры и суда… мне самому неприятно об этом говорить, но оно может быть переквалифицировано.
Атмосфера в кабинете сразу стала тяжелой. Вдруг послышались легкие шаги – это был Линь Тао. Он вошел в зал для совещаний со своей фирменной улыбкой и пакетом с уликами. Своей улыбкой Линь Тао развеял дурной настрой всех присутствующих и привлек взгляды нескольких девушек-полицейских.
– А что, если я скажу вам, что машина, сбившая девчонку, принадлежит старосте? – Линь Тао попытался нас ободрить. Снова улыбнувшись, он продолжил: – Вчера вечером я ничего не нашел, но сегодня утром под машиной, между трещин на брызговике, нашел нить. Я только что сравнил ее под микроскопом с одеждой девочки, и образцы идеально совпали. Другими словами, машина, которая проехалась над Танъюй, – это внедорожник старосты.
– Я же говорил! – Я хлопнул ладонью по столу, радуясь найденным уликам, и с благодарностью посмотрел на Линь Тао. – Как ни вылизывай машину, ниточка да останется. Теперь, когда у нас есть доказательства, посмотрим, что он скажет!
Без лишних слов следователь схватил протокол и побежал вниз в комнату для допросов. Мы молча ждали. Ожидание затянулось, и я достал лэптоп, чтобы получше рассмотреть фотографии с места преступления, пытаясь разобраться, как конкретно Танъюй получила все эти повреждения. Линь Тао, сидевший рядом со мной, на своем лэптопе открыл фотографии, сделанные во время осмотра автомобиля.
Мы молча просидели так около часа. Я встал, размялся и, посмотрев на монитор компьютера Линь Тао, наклонился к нему, через плечо указывая на фото:
– Эй, а что это с капотом?
– Тут какое-то округлое углубление… – Линь Тао потер глаза. – Я заметил его, когда изымали машину. Староста сказал, что месяц назад припарковал автомобиль у школьной баскетбольной площадки, и с нее прилетел мяч. Но вмятина кажется довольно свежей; непохоже, что она появилась месяц назад.
Я пару минут не мог оторваться от экрана, после чего резко вскочил.
– Не слушай этого дурака! Вмятина указала мне на разгадку! Линьтзыще, ты великолепен! – Я крепко прижал к себе ничего не понимающего Линь Тао и смачно поцеловал его в затылок. Девушки-полицейские закрыли лицо руками и захихикали.
В этот же момент вернулся следователь – уже радостный.
– Он признался, во всем признался! Староста сказал, что в тот день Танъюй пришла к нему поговорить, и он тут же отвез ее на место преступления. Девочка рассказала ему, что беременна, попросила больше денег, но он их не дал, и они подрались. После ссоры Танъюй вышла из машины и хотела уйти. Старик разозлился, завел машину и собирался уезжать. Он не ожидал, что она схватится за ручку машины. Та резко тронулась с места, отчего девочка упала, и, вероятно, после этого машина проехалась по телу Танъюй.
– Если она упала сбоку от машины, как тогда оказалась под колесами? – спросил начальник Хуан.
– Это возможно, – сказал сослуживец из ГИБДД. – Если машина рванула вперед на большой скорости, а погибшая кувыркнулась в момент падения, она вполне могла закатиться под машину.
Начальник кивнул, но его лицо все еще оставалось задумчивым.
