Только отсюда, из далекого космоса, можно было, наконец, сравнить Солнце с другими звездами. Тесса сказала, что из этой точки пространства Солнце кажется в сто шестьдесят тысяч раз более ярким, чем Сириус — второй по яркости объект на небе, и приблизительно в двадцать миллионов раз ярче самой тусклой звездочки, которую еще можно заметить невооруженным глазом. Почему-то теперь Солнце казалось еще более прекрасным, чем на земном небе.
Впрочем, сейчас, когда «Суперлайт» уже двое суток тащился в космосе со скоростью обычной ракеты, у Крайла не было решительно никаких дел, и ему оставалось разве что смотреть на Солнце. Если они будут лететь с такой скоростью, то доберутся до Ближней звезды через тридцать пять тысяч лет — это если бы они двигались в правильном направлении. А это было не так.
Именно по этой причине два дня назад побледневшая Тесса Вендель была близка к отчаянию. До какого-то момента все шло гладко. Когда корабль должен был войти в гиперпространство, Крайл напрягся, готовясь к возможным неприятным ощущениям, а может быть, даже к неожиданной агонии и смерти. Но ничего подобного не случилось. Все произошло слишком быстро, чтобы человек успел что-то почувствовать. Корабль вошел в гиперпространство и через неуловимое мгновение вернулся в обычное пространство. Звезды лишь блеснули и за ничтожную долю секунды слегка сдвинулись.
Крайл почувствовал двойное облегчение: во-первых, он остался жив, а во-вторых, понял, что если бы переход кончился катастрофой, то он умер бы мгновенно, так и не успев ничего ощутить. Облегчение было настолько глубоким, что Крайл почти не обратил внимания на Тессу, которая что-то крикнула и бросилась в машинное отделение. Через какое-то время растерянная Тесса вернулась. Невидящими глазами она смотрела на Крайла и, казалось, не узнавала его.
— Расположение звезд не должно было меняться, — сказала она.
— Не должно?
— Мы преодолели только небольшое расстояние. Вернее, должны были переместиться недалеко. Всего лишь на тысячную долю светового года. Этого недостаточно, чтобы на глаз заметить изменения в расположении звезд. Но, — Тесса глубоко вздохнула, — все кончилось не так плохо, как могло бы. Я испугалась, что мы промахнулись и переместились на тысячи световых лет.
— А что, была такая опасность?
— Конечно. Если бы контроль переноса корабля через гиперпространство разладился, мы могли бы улететь на расстояние и одного светового года, и нескольких тысяч световых лет.
— В таком случае можно было бы…
У Тессы заранее был готов ответ:
— Нет, возвратиться в исходную точку пространства не так просто. Если наша система управления полетом действительно никуда не годится, то при каждом переходе корабль будет абсолютно непредсказуемо перемещаться из одной точки пространства в какую-то другую. В такой ситуации мы никогда не найдем обратный путь к Земле.
Крайл нахмурился. Радостное возбуждение, охватившее его после сравнительно благополучного — во всяком случае не закончившегося катастрофой — перехода в гиперпространство и снова в обычное пространство, начало понемногу улетучиваться.
— Но вы же посылали что-то в испытательные полеты и успешно возвращали объекты назад.
— Испытания проводились на гораздо менее массивных объектах и на более коротких расстояниях. Но, как я уже говорила, все не так уж плохо. Оказалось, что мы прошли именно заданное расстояние. Об этом говорит и расположение звезд.
— Но оно изменилось, я сам видел.
— Ты ошибся, изменилась ориентация корабля. Большая ось «Суперлайта» повернулась больше чем на двадцать восемь градусов. Короче говоря, по ряду причин мы движемся не по прямой линии, а по дуге.
Крайл бросил взгляд в иллюминатор. Все звезды медленно и равномерно перемещались в одном направлении.
— Сейчас мы опять поворачиваемся носом к Ближней звезде. Я решила сделать так из сугубо психологических соображений. Почему-то чувствуешь себя уверенней, когда смотришь в том направлении, куда должен лететь корабль. Но прежде всего нам необходимо разобраться, почему путь корабля искривился.
В этот момент иллюминатор пересекала самая заметная, самая яркая звезда, звезда-маяк. Крайл невольно мигнул.
— Это Солнце, — сказала Тесса в ответ на удивленно-вопросительный взгляд Крайла.
— Существует ли хоть какое-нибудь разумное объяснение, почему путь нашего корабля искривился? — спросил Крайл. — Если такое же случилось с Ротором, то где же он может находиться сейчас?
— Ты мог бы добавить — или где мы в конце концов окажемся. Не знаю. Пока что у меня нет никаких объяснений; не могу понять, что с нами произошло, — Тесса не скрывала беспокойства. — Если все наши допущения справедливы, то мы должны были изменить положение в пространстве, но не направление. Несмотря на кривизну релятивистской системы пространство-время, мы должны были переместиться по прямой, по самой обычной евклидовой прямой, потому что мы не были в системе пространство — время, понимаешь? Мы могли ошибиться в программировании или в наших допущениях. Надеюсь на первое. Такую ошибку легко исправить.
