Тесса помолчала, потом неохотно продолжила:
— Хорошим кандидатом была бы твоя жена. Как-то ты мне рассказывал, что она училась на Земле, не так ли? Значит, здесь должны сохраниться документы, по которым легко будет доказать, что она — это именно она. Хотя, честно говоря, я бы предпочла выбрать кого-нибудь другого.
Крайл ничего не ответил.
— Извини, Крайл, — почти робко сказала Тесса, — но я не хотела бы этого.
— Мне бы только увидеть Марлену живой, — сказал Крайл с горечью. — Тогда мы посмотрим, что можно будет сделать.
— Прошу прощения, — Зивер Генарр опустил глаза, а весь его вид выражал такое глубокое сожаление, что он мог бы его и не выражать словами. — Я говорил Марлене, что мою работу нельзя назвать напряженной, но едва ли не сразу после этого случилась небольшая авария на нашей электростанции, и мне пришлось отложить наш разговор. Теперь авария устранена; как выяснилось, ничего страшного вообще не было. Вы меня простили?
— Конечно, Зивер. — Юджиния не скрывала своего беспокойства:
— Хотя я не могу сказать, что эти три дня были легкими для меня. Я чувствую, что каждый лишний час на Эритро несет с собой новую опасность для Марлены.
— Я совсем не боюсь Эритро, дядя Зивер, — возразила Марлена.
— А я не думаю, что Питт сможет как-то навредить нам на Роторе. И он тоже знает это, иначе не послал бы нас сюда, — сказала Юджиния.
— Ну тогда я постараюсь быть беспристрастным судьей и попробую примирить вас. Учтите, Питт может действовать не только прямо, но и косвенно, поэтому опасно недооценивать его настойчивость и изобретательность. Во-первых, если вы нарушите его указ и возвратитесь на Ротор, он может лишить вас свободы, сослать на Новый Ротор или даже снова отправить на Эритро. Что касается Эритро, мы не должны забывать об опасности чумы, хотя в ее прежней активной форме она, вероятно, нам уже не грозит. Как и ты, Юджиния, я не хочу рисковать здоровьем Марлены.
— Никакого риска на Эритро нет, — сердито прошептала Марлена.
— Зивер, я думаю, нам не стоит обсуждать грозящую Марлене опасность в ее присутствии, — сказала Юджиния.
— Ты не права. Я хотел бы все обсудить только вместе с Марленой. Мне кажется, она лучше любого из нас знает, что нужно делать. Она следит за своим уникальным мозгом, и наша задача — поменьше мешать ей в этом.
Юджиния издала было какой-то нечленораздельный звук, но Генарр с необычной для него твердостью продолжал:
— Я хочу, чтобы Марлена активно участвовала в нашем разговоре, мне очень важно знать ее мнение.
— Но ее мнение ты уже знаешь, — попыталась возразить Юджиния. — Она хочет гулять по поверхности Эритро, а ты говоришь, что мы должны разрешить ей делать все что угодно, потому что она почти волшебница.
— Никто не говорил ни слова ни о волшебницах, ни о том, чтобы просто выпустить Марлену за пределы станции. Я хотел бы провести эксперимент, предварительно обеспечив все необходимые меры предосторожности.
— Каким образом?
— Для начала я предложил бы пройти Марлене сканирование мозга, — Генарр обернулся к девочке. — Марлена, ты понимаешь необходимость сканирования? У тебя нет возражений?
— Я уже делала сканирование, — Марлена слегка пожала плечами. — Все делают, без этого даже в школу не принимают. И во время полных медицинских осмотров…
— Я знаю, — мягко сказал Генарр. — Последние три дня и для меня прошли не совсем впустую. Вот здесь, — он положил ладонь на стопку компьютерных распечаток, возвышавшуюся на столе слева от него, — собраны данные о всех сканированиях твоего мозга за всю твою жизнь.
— Дядя Зивер, вы говорите не все, — спокойно заметила Марлена.
— Ага! И что же он скрывает, Марлена? — с ноткой триумфа в голосе вмешалась Юджиния.
— Он немного беспокоится за меня. Он не совсем верит моему ощущению безопасности. Он не уверен.
— Марлена, как это может быть? — спросил Генарр. — Я убежден, что тебе ничто не угрожает.
Но Марлену будто внезапно озарило:
— Я думаю, дядя Зивер, поэтому вы и ждали три дня. Вы старались убедить себя, чтобы я не заметила вашей неуверенности. Но ничего не получилось, я все равно заметила.
— Марлена, если это заметно, то лишь потому, что я очень ценю тебя и считаю неоправданным даже малейший риск, — попытался возразить Генарр.
— Если ты считаешь малейший риск неоправданным, — зло заметила Юджиния, — то как в такой ситуации должна себя чувствовать я, ее мать? И между прочим, ты не мог без нашего согласия запрашивать данные о сканировании мозга Марлены — это противозаконно.
— Мне нужно было кое-что выяснить. И я выяснил. Оказалось, что эти данные неполны.
— Неполны в каком смысле?
