Как-то вечером, уже после пива, я вышел в зимний сад и увидел там за столиком Самаркандову. Она просто сидела, и, кажется, собиралась уходить. Я сел к ней за столик, мне было грустно и хотелось поговорить о ерунде.
– Ольга, – спросил я, чтобы как-то начать разговор – А во сколько лет ты лишилась девственности?
– В шестнадцать, – ответила она.
И долго рассказывала про Англию, где всё это произошло, и где она училась в школе, и жила в общежитии для девочек. И как ей на какой-то «пати» знакомый молодой англичанин с развязными манерами сказал нечто вроде «летс фак», и она ответила «Йес».
– Тебе понравилось? – спросил я.
– Да, – ответила она.
Я не чувствовал ничего неприличного в таком рассказе. Когда «Йес» означает, что девушка непрочь – это же просто из другой жизни, из параллельной вселенной. И Алеша Ивлев может заглянуть в эту вселенную с помощью методов высшей математики и буйного воображения. И увидит там вместо живых людей – информацию в машинных кодах.
Потом я посмотрел ей на живот.
– У тебя будет девочка, – сказал я, потому что вдруг понял, что у нее будет девочка.
– Ты что, я еще не знаю, – смутилась Ольга.
– Девочка, – сказал я, – Очень красивая.
А потом меня понесло, как меня часто несет в присутствии девушек, на какие-то философские темы. Она стала спорить со мной насчет механизмов восприятия. А я сказал ей, что ее разум постоянно вспоминает только что прошедший момент. И поэтому она живет не в настоящем, как ей кажется, а в прошлом. Пусть в очень близком, но всегда в прошлом.
– А что же делать? – спросила она.
– Нужно ощутить собственную смерть, как будто она стоит у тебя за плечом и готова дотронуться до тебя.
– Как дотронуться? – спросила Ольга.
– Вот так, – сказал я и провел пальцами по ее плечу, стараясь передать ощущение смерти.
Она задрожала плечами и сказала на резком выдохе:
– Ой, Господи…
– Вот, – сказал я с умным видом, – Сейчас ты на какое-то мгновение оказалась в настоящем.
А потом мне стало стыдно за весь этот глупый цирк. Я пожелал ей спокойной ночи, встал и ушел. На выходе из зимнего сада я обернулся. Она сидела за столиком в той же позе, только склонила голову, будто устала.
