— Они ничего не понимают в инженерном деле. Как они это делают, я говорю о ресурсах, никто толком не знает, включая самих техников или конструкторов, как еще их называют. В общем, техник может создавать предметы. Вызывать из небытия и воплощать здесь, в Аду. Набор предметов, правда, ограничен — оружие, патроны, одежда, курево, консервы, алкоголь, набор простейших инструментов, предметы гигиены. Мы называем это ресурс. Проблема в том, что предметы эти появляются не рядом с техником, а в радиусе от километра. И их еще надо найти. А это не всегда безопасно. Демоны тоже чувствуют предметы и могут поджидать рядом.
Еще одна группа — собиратели и хозяйственники. Они собирают грибы и растения, пригодные в пищу. Отвечают за хранение запасов и изготовление концентратов.
— Кроме пустоши и этого города в Аду еще что-то есть? Насколько он большой?
— Привычные представления о географии лучше отбрось. Правильнее было бы спросить не насколько Ад большой, а насколько быстро он меняется.
— ?
— В Аду есть всё: и леса, в которые лучше не соваться, и неприступные горы, где нечем дышать, и бескрайние черные болота, населенные огромными тварями, мертвые моря, города, совершенно не похожие на этот. Вообще, Немо, пустошь место довольно спокойное. Убежище — это наша маленькая родина и островок порядка в мире Хаоса. Порядка… Пока еще порядка.
— Не совсем понимаю тебя, Борис.
— Поймешь, когда сам увидишь. Дело в том, что локации в Аду могут очень быстро изменяться. Вместе с совершенно непредсказуемым климатом. По замыслу создателей Ада, нам тут не должно быть слишком скучно. Потому одна локация может с легкостью перейти в другую. Земля встает на дыбы, огромные смерчи разносят все к чертям, а гигантские цунами возникают из ниоткуда. Я видел это и остался, как видишь, жив.
Борис наблюдал за моей реакцией.
— Кем ты меня видишь в своей
— Этого не требуется. Определю тебя в группу поисковиков. Войдешь в группу сопровождения, будешь охранять техника. В последнее время город стал притягивать все больше демонов…
Борис нахмурился. Он повторил это несколько раз. Значит, не все спокойно в датском королевстве.
— Ладно, поступишь в группу к Номаду. Он тебя введет в курс дел.
Борис тряхнул левой рукой. О, боги Ада, да это же часы! Надо же. Кусочек порядка в мире Хаоса, как говорил Борис..
— А ты думал, — заметил он мой взгляд, — да, мы живем по часам. У каждого командира есть и в центральном зале тоже… Важный элементы дисциплины, без этого никак…
В кабинет босса вернулся вошел Номад, так звали обладателя кожаной куртки.
— Номад, Немо поступает в твое полное распоряжение. Определи его для начала в команду поисковиков. К этому, к Слепому.
— Хорошо, босс, — отчеканил Номад и смерил меня своим холодным взглядом. Да, что-то особенной радости он не испытывал… Равно как и я. Но начальство не выбирают!
— Пошли в оружейку, сказал Номад.
***
Оружейка — небольшое помещение с решетчатой дверью и амбарным замком, прямо как в наших охотничьих магазинах. На раскладном стуле дремал охранник. При виде Номада он вскочил, хлопая заспанными глазами. Номад, хранивший всю дорогу молчание, обронил:
— Еще раз заснешь, Спайк, заряжу с ноги в голову.
Мы вошли в комнату. Выбор был не богат. Очевидно, большинство стволов находилось на руках, либо были и другие склады. Я заметил несколько винтовок, две из которых выглядели плачевно, разбитый деревянный приклад, отсутствие мушки. Неплохо сохранившийся калаш, пара простеньких двустволок, помповый дробовик, аккуратно уложенные цинки с патронами. На импровизированных крючках висело несколько потрепанных патронташей.
Номад на секунду задумался, определяясь с выбором. Потом подошел к оружейному шкафу и выбрал помповик.
— «Ремингтон» 870, 12-й калибр, магазин на 7 патронов, самый распространенный дробовик в мире. И в Аду тоже. Держал такой в руках когда-нибудь?
— Не помню, Номад. Но, надеюсь, руки помнят.
Номад лязгнул цевьем, прицелился в воображаемую цель и щелкнул курком.
— На, попробуй.
Оружие! Я взял его в руки, слово драгоценную реликвию. Похоже, в этом угрюмом и враждебном мире у меня появился первый надежный товарищ. Прекрасно сбалансированное прикладистое ружье, эта рабочая лошадка, видавшая виды, казалась мне верхом совершенства.
— С этих пор ты отвечаешь за ружье головой. Увижу грязный ствол — лишаешься лицензии, будешь своим ножиком работать.
Он подошел к небольшому железному ящику и, поковырявшись в нем, выдал мне небольшую склянку с маслом и старый шомпол.
— Держи, используй это для чистки оружия.
— А патроны?
— Теперь боеприпасы. Каждый патрон на счету. Стрелять только в случае необходимости. На каждую вылазку будешь получать боезапас. Отстрелянные гильзы, если есть возможность, собирай. Патроны — местная валюта, а гладкоствольные 12 калибра — самые распространенные. Выбери патронташ, и вообще, потренируйся в перезарядке. Держи.
Я заметил в его руке две гильзы, набитые свинцом.
