С самого начала репрессий по этническому признаку перед государством встало несколько сложных и неудобных вопросов. Во-первых, что делать с детьми от смешанных браков; во-вторых, что делать с женщинами, вышедшими замуж за мужчин "недепортируемых" национальностей, и имевших от них детей, которые, как минимум наполовину, принадлежали к тем, кого надо было выселять; в-третьих, что делать с женщинами, которые сами не принадлежали к выселяемым народам, но имели неосторожность выйти замуж за мужчин, которых надо было выселять, а также, что делать с детьми от этих браков? Эти вопросы требовали конкретных ответов и последующих действий государства, которое настолько близко подошло к проблеме расовой теории, что предпочло ретироваться. В самом деле, а как определить, является ли ребёнок, родившийся от брака немца и русской, немцем или русским? А если отцом был русский, а матерью немка?.. Главный противник СССР в Великой Отечественной войне имел по этому поводу совершенно конкретные ответы и скрупулёзно разработанные методики их получения. Так вот, затеяв переселять, то есть наказывать людей только по факту их принадлежности к той или иной национальности, сталинский режим вплотную приблизился к необходимости использования подобных методик. И вынужден был отступить. В противном случае, слишком явной была бы аналогия с действиями тех, против кого боролся в тот период весь советский народ.
Действия сталинского режима по депортации более чем 3 млн. советских граждан по признаку этнической принадлежности были противоправными и антиконституционными даже по меркам действовавшего в тот период времени законодательства. В современной исторической литературе этот факт не вызывает принципиальных расхождений, если не считать отдельных суждений, пытающихся смягчить обстоятельства депортации условиями военного времени.
Принято считать, что только смерть Сталина положила начало ослаблению режима спецпоселения. Однако, несмотря на всю его строгость, некоторые отступления от намеченного первоначально курса в отношении депортированных народов начались задолго до смерти Сталина. В первую очередь это касалось положения членов семей депортируемых лиц, которые не являлись представителями репрессированных национальностей. Речь идёт, главным образом, о женщинах и детях. Официально о снятии с учёта этой категории граждан упоминалось в постановлении Совета Министров СССР от 24.11.1955 г. Однако из опыта известно, что практически с самого начала депортации их можно было отнести к числу условно сосланных. Женщины же, принадлежавшие к выселенным народам, но находившиеся замужем за мужчинами, которые к таким народам не относились, не высылались вовсе. Например, А. Хунагов приводит следующий факт. 11 января 1945 г. замнаркома внутренних дел СССР В.В. Чернышов на многочисленные просьбы об освобождении со спецпоселения (С.К., В.Ш.: речь шла о северокавказских народах) ответил: "Спецпереселенцы по национальности чеченцы, ингуши, балкарцы и карачаевцы при выходе замуж за местных жителей, не являющихся спецпереселенцами, снимаются с учёта спецпоселенцев и освобождаются от всех режимных ограничений постановлением НКВД СССР". 31 октября 1945 г. Берия предписал освободить от спецпоселения тех бойцов и офицеров Красной Армии, которые оставались на службе, но без права возвращаться в места прежнего проживания. Среди карачаевцев, например, таких лиц оказалось всего 2 543 чел., среди калмыков - 6 184 чел.
Полностью подлежали выселению моноэтничные по составу семьи и дети от этих браков. В смешанных семьях подлежали выселению только мужчины. Жены депортируемых, если они не были немками, а также их дети могли остаться на родине.
Вот, что по этому поводу пишет Т.Н. Плохотнюк: "Для составления списков подлежащих переселению участковые оперативные группы выезжали в колхозы, поселки и города и заполняли учетные карточки на каждую семью, подлежащую выселению, с перечислением всех членов семьи. Семьи, где глава (муж) не являлся немцем, а жена была немкой, не выселялись".
Такой подход порождал целый ряд довольно сложных в разрешении вопросов. Например, что делать с немками, которые вышли замуж за представителей других народов, но овдовели к моменту депортации? А что делать с детьми от этих браков? Последний вопрос распадается на два подвопроса: что делать, если эти дети не достигли совершеннолетия, или если они достигли его и записаны в паспорте как немцы? А интересно, как решалась бы судьба немки, которая до начала войны вышла замуж, скажем, за карачаевца? Дело в том, что в 1941 г. она не должна была высылаться, но в 1943 г. депортировали самих карачаевцев.
