Мы провели такие подсчёты до 1935 г., принимая во внимание только те фамилии, которые мы не встречали в метрических книгах лютеранской церкви Армавира, то есть в досоветский период. В 1922 г. таких фамилий мы увидели только две, надо сказать, что в том году рождаемость была очень низкой; в 1923 г. предположительных новопоселенцев обнаружилось 11 чел.; в 1924 г. - 16; в 1925 г. - 11; в 1926 г. - 27; в 1927 г. - 12; в 1928 г. - 17; в 1929 г. - 22; в 1930 г. - 23; в 1931 г. - 16; на фоне очень низкой рождаемости в 1932 г. впервые упомянуты в Армавире 7 немецких семей, а в 1933 г. только 3; в 1934 г. - 6 новых фамилий.
Мы понимаем всю ограниченность и низкую репрезентативность такого способа определения интенсивности переселения немцев в Армавир в 1920-е и первой половине 1930-х гг., однако не использовать хотя бы малейшей возможности подсчёта мы не могли. Впрочем, даже сведений второй половины 1930-х гг. достаточно, чтобы сделать вывод о том, что к началу 1940-х гг. переселившихся в город уже в советский период было заметно меньше, чем немецких жителей Армавира, проживавших здесь с дореволюционного периода.
Если говорить о точности подсчёта немцев, покидавших Армавир в течение 1920-1930-х гг., то здесь наши возможности оказались ещё более ограниченными.
Одним из косвенных свидетельств отъезда из города части немцев, проживавших в нём с дореволюционного периода, являются позднейшие приписки в метрических книгах лютеранского молитвенного дома, которые относились уже к советскому периоду. На полях делались пометки, чаще всего в виде форменного штампа, о выдаче документа на имярек, такого-то числа, месяца и года. Мы обратились к анализу приписок, связанных с выдачей свидетельств о рождении. Мы посчитали нужным привести поимённый список лиц, которым в разные годы отделом ЗАГС г. Армавира были выданы свидетельства о рождении (Приложение 4).
Анализ приведённых в приложении данных показал, что наиболее часто свидетельства о рождении запрашивали в 1927-1930 гг. и в 1936-1940 гг. В эти годы было выдано 123 свидетельства из 206, что составило почти 60% случаев за более чем 80-летний период, если учесть, что первое свидетельство было выдано в 1924 г., а пока последнее в 2005 г.
Мы полагаем, что просьба выдать свидетельство о рождении, вероятнее всего, было связано с отъездом из Армавира.
Известно, что свёртывание нэпа и начало коллективизации было болезненно воспринято немцами на Кубани. Вот, что пишет об этом Т.Н. Плохотнюк: "Свертывание нэпа, чрезвычайные меры 1927 - 1928 г. вновь усилили эмиграционные настроения среди немцев. Кампания раскулачивания индивидуальных хозяйств и насаждения колхозов, сопровождавшаяся лишением избирательных прав проповедников, зажиточных крестьян, придали эмиграции массовый характер... 2 апреля 1929 г. секретарь Центрального Бюро немецкой секции при Агитпропе ЦК ВКП(б) И. Ф. Гебгардт в докладной записке в секретариат ЦК ВКП(б) об итогах обследования немецких колоний Украины, Крыма, Северо-Кавказского края и Сибири сообщал, что в течение 1928 г. с территории Терского и Армавирского округов выехало около 70 семей. Здесь наблюдалось форменное бегство групп немецких крестьян, в том числе и бедняков и середняков из Ванновского района Армавирского округа через иранскую границу без паспорта, т.к. административные отделы округа, чтобы сдержать выезд, не выдавали паспорта".
Учитывая то обстоятельство, что значительная часть немецких жителей Армавира была занята сельскохозяйственным трудом, можно предположить, что эти настроения коснулись и их, и паспорта им всё-таки удалось получить.
Вторая волна предполагаемых выездов пришлась на вторую половину 1930-х гг. Чем она могла быть определена?
