– Может, это и совпадение, – продолжала Вера. – Но вы здесь не на главной дороге, в таких местах люди замечают чужие машины. Так что мне интересно, не решил ли кто-то нас одурачить. Сыграть в игру, подбросить улику. «А давайте помешаем полиции, подбросив сумку рядом с домом Конни Мастерс. Заварим кашу и посмотрим, что выйдет». У меня такое чувство, что наш убийца любит играть в игры. Так вы никого не видели в последнее время?
– Заходил один мужчина, спрашивал, как добраться до дома Элиотов, в тот день, когда умерла Дженни.
– Так и есть, – спокойно сказала Вера. – Вы о нем все рассказали Джо. Тогда это не показалось важным, но теперь все может быть. Вы бы узнали его по фотографии?
Конни нахмурилась.
– Я не уверена. С тех пор столько всего произошло.
– Но попытаться стоит, правда? – Вера потянулась за чашкой, которую ей передал Джо. – Я завтра пришлю Джо с парой фотографий. У него была сумка?
– Кажется, да. Не портфель, ничего такого модного. Скорее, мешок. Может, рюкзак.
– Достаточно большой, чтобы влезла сумка Дженни Листер? – спросила Вера.
– Да. – Теперь Конни говорила более уверенно. – Если сумку опустошить, ее можно смять до очень маленького размера.
– Вы видели, как он пришел и ушел? У него было достаточно времени, чтобы перебросить сумку через ручей, пока вы не видите?
– Я не видела, ни как он приходил, ни как уходил, – ответила Конни. – Он просто появился тут, когда мы вышли в сад. Элис заметила его первой. Потом я вернулась в дом, чтобы приготовить ему чай, а когда вышла обратно на улицу, он исчез. Он мог это сделать до нашего разговора или после.
– Вы говорите, он искал дом Элиотов?
– Да. Мне это показалось странным. То есть, если бы он был другом Кристофера и Вероники, разве он бы не знал, где они живут?
– А он был похож на их друга? – спросила Вера.
– Нет. – Джо видел, что Конни колеблется. Ей не хотелось отвечать однозначно, но под шквалом Вериных вопросов она чувствовала, что отвечать нужно.
– Мы понимаем, что вы не уверены, – сказал он. – Ведь это был короткий разговор. И мы не будем придавать этому слишком большое значение. Но нам нужно понять, каково было ваше впечатление. С вашей профессией вы наверняка научились хорошо оценивать людей, составлять о них суждение.
Конни посмотрела на него и улыбнулась.
– Ну, судья из меня вышел никакой, разве нет? Мне и в голову не могло прийти, что Мэтти Джонс убьет своего сына.
– Могу поспорить, что вы чаще оказывались правы, чем ошибались, – сказала Вера. – И, как говорит Джо, нам просто нужна ваша догадка. Вот и все.
Конни глубоко вдохнула.
– Моя догадка спустя все это время? Что он приехал по работе. Не в гости.
– Он что-то продавал?
Джо видел, что Вера пытается держать себя в руках, чтобы не забить Конни своим энтузиазмом. Но все равно вопрос прозвучал как взрыв петарды. Комната, казалось, осветилась.
– Возможно.
Конни говорила неуверенно, но Вера встала и начала ходить по комнатке. Эшворту казалось, что если она просидит еще, то взорвется. Она бормотала что-то себе под нос, то и дело задавала вопросы Джо и Конни, но не ждала ответов.
– Кто еще может приходить на дом к клиенту? Адвокат? Риелтор для проведения оценки? Ну же, Джо, помоги мне!
– Он не был похож на них, – сказала Конни. – На нем не было костюма.
Наконец Вера дошла до точки, к которой, Джо знал, все шло с самого начала. Она посмотрела прямо в глаза Конни и спросила:
– Это мог быть Майкл Морган?
– Нет! Я бы его узнала. – Но Эшворт видел, что Вера в этом сомневается, и Конни хотелось угодить Вере, снова получить лучик похвалы. – В любом случае зачем Моргану навещать Элиотов?
– Может, Веронике нравится, когда в нее втыкают иглы. Или, может, он вообще туда не собирался, и это было лишь предлогом.
– Он бы не пришел сюда, – сказала Конни, – если бы знал, что я тут живу. Он бы испугался, что я его узнаю. Я виделась с ним всего два раза, но его фотография была во всех газетах.
– Как я сказала… – Вера ухмыльнулась, – мы ищем человека, который любит играть в игры, обожает риск. А тут и риск-то не такой уж большой. Когда вы видите кого-то случайно, каков шанс узнать человека?
Все молчали.
– Вероника приходила сюда после обеда, – сказала Конни. – Забегала на чай, но ушла вскоре после того, как я позвонила вам.
Они все поняли, какой смысл вкладывался в эти слова, но до Веры дошло не сразу. Хотя, Эшворт видел, ей это понравилось. Она почувствовала дрожь предвкушения, как когда стояла в баре и он нес первую пинту.
– Я бы не подумала, что вы – лучшие подружки, – сказала Вера настолько спокойно, насколько могла.
– Мы и не были. – Конни как будто закрылась, с лица сошли все эмоции. – Вообще, Вероника повела себя как стерва, как только узнала, кто я такая. Она превратила мою жизнь в деревне в ад своими сплетнями и слухами.
