– Вот! – сказал слоненок. Он положил перед удавом, мартышкой и попугаем целую гроздь желтых длинных и очень вкусных бананов. Это были самые лучшие бананы во всей Африке. Слоненок ходил за ними далеко-далеко и принес эти лучшие бананы своим лучшим друзьям.
– Ой! Спасибо! – обрадовалась мартышка. – Это же мои любимые бананы.
– И мои! – сказал удав. Попугай ничего не сказал. Он
был слишком взволнован. Попугай тоже больше всего любил именно такие бананы и всегда волновался, когда видел их так близко.
– Не волнуйся, – сказала мартышка. – Все будет хорошо. Сейчас мы их разделим и съедим.
– Разделим? – не отрывая глаз от бананов пробормотал взволнованный попугай. – Думаешь это просто? А ты знакома с математикой?
– Нет, – сказала Мартышка. – Не знакома. И слоненок с ней тоже не знаком. Так что бананов она не получит. Эти бананы нам.
– Математика не ест бананов! – крикнул попугай. – Она наука. Ее надо знать, чтобы совершать научные действия. Например, делить бананы.
Глядя на попугая, удав тоже заволновался. Конечно, удав любил бананы, но еще сильней он любил совершать научные действия.
– Разве делить бананы это научное действие? – спросил удав.
– Очень научное. Делить бананы, не зная математики – все равно, что есть их с кожурой.
Не вкусно и не прилично.
– Кажется, – припомнил слонёнок, – я про эту математику слышал… Это когда отнимают и складывают, да?
– Отнимают и складывают? – мартышка обеими руками показала сама себе, как сначала что-то у кого-то отнимают, а потом это что-то куда-то складывают. – Отнимают и складывают… И все?
– Кажется, – вспомнил слоненок, – еще надо умножать и делить.
– Здорово, – обрадовалась мартышка. – Я всегда говорила: надо умно жать. Глупо жать глупо.
– Жать? – попугай так удивился, что перестал смотреть на бананы, – Кого жать?
– Всех, – сказала мартышка. – Кого захотим. Будем их ловить. Легонечко так, умно жать, жать… Все у них отнимать, отнимать… И складывать в кучу. А потом делить. И будем математики.
– Это не математика! – закричал попугай. – Это грабеж!
– Грабеж, – задумчиво сказал удав, – не научное действие. Нет, не научное. Его не математики совершают- разбойники. Разбойники гораздо опасней.
– Ну почему же? – сказал слоненок. – Я знал одну учительницу математики. Она такие действия совершала, такие действия… Просто жуть. Многие разбойники боялись ее, как огня.
– Учительницы не считаются, – закричал попугай. – Это совсем другое дело. Учительницы для того и нужны, чтобы математику объяснять.
– Жаль, – вздохнула мартышка, – что у нас тут нет никакой учительницы. Сильно умно жать хочется. Может какую-нибудь позовем?
– Ты что?! – испугался слоненок. – Не надо.
– Я, – сказал попугай, – сам буду ваша учительница. Сейчас я вам эту математику объясню.
Попугай убежал в кусты и вышел из них совершенно другим шагом.
– Садитесь, – строго сказал попугай.
Слоненок сел на траву. Мартышка тут же забралась ему на макушку и села там между ушей.
– Сейчас будет урок математики, – очень строго сказал попугай мартышке. – На математике так не сидят. Слезай оттуда.
– Попугай, – мартышка поудобней устроилась между ушами, – ты все перепутал. Я же не на математике, я на слоненке сижу.
– Все равно слезай, – потребовал попугай. – Или я тебя сразу исключу. Из школы.
Испуганная мартышка быстренько скатилась на траву.
– А можно я… – начал удав.
– Хочешь спросить, – перебил его попугай, – подними руку.
Удав поднял хвост.
– Лежать на математике можно?
– На математике? – возмутился попугай. – Нельзя!
Но тут попугай вспомнил, что удав не умеет сидеть, потому что ему не на чем.
– Ладно! – разрешил попугай. – Лежи. Для тебя сделаем исключение.
– Из школы? – ахнул слоненок.
– Нет. Из правила, – попугай хлопнул крылышками. – Все. Прекратили разговоры. Начинаю урок.
Мартышка и удав глядели на попугая во все глаза. Слоненок тоже глядел.
– Ээээ… – попугай уже открыл клюв, чтоб начать объяснения и… закрыл его обратно, – Нет, – сказал попугай, – так ничего не выйдет. Нужно наглядное пособие.
– Какое? – удивился удав.
– Наглядное. Вы на него поглядите и все сразу станет ясно. Что бы вам такое показать?
– Меня! – подпрыгнула мартышка. – Меня показать надо. Я буду ваше, – тут мартышка опустила глаза и немножко постеснялась, – ненаглядное пособие.
– Наглядное, – поправил попугай.
– Нет. Ненаглядное. Чтоб глядели, глядели и наглядеться не могли.
Попугай не успел ничего возразить, мартышка закружилась и станцевала такой удивительный танец, какого ни удав, ни слоненок, ни даже попугай никогда в жизни не видели. Она дрыгала ногами, размахивала руками, вертела головой и столько раз перекувырнулась, что друзья совсем сбились со счета.
– Очень красиво! – захлопал ушами слоненок, когда мартышка наконец устала и упала на траву.
– Красиво, – согласился удав, – но непонятно. При чем тут математика?
– Ни при чем, – сказал попугай. – Не хватает бананов.
Совершенно обессилившая мартышка вспомнила про бананы и сразу почувствовала прилив свежих сил.
– Еще как не хватает! – закричала она, вскакивая. – А что, уже можно хватать?