Ненавидеть Адама Коннора полностью

– Да, конечно. Позвоню тебе попозже, но, кстати, тебе можно не заезжать завтра за Эйденом. Я уже пообещал ему, что мы вместе поедем в школу. А потом поеду на встречу с пиар-фирмой. – Я взглянул на часы, которые показывали одиннадцать часов вечера. – Можешь взять выходной, если хочешь. Затем поеду на съемочную площадку.

– Я уж думал, что на этой неделе у тебя не будет столько дел. Все еще снимаете?

– Да, наш режиссер хочет попробовать другую концовку, поэтому снимает дополнительные сцены.

– Ладно, поговорим об этом потом, – сказал Дэн, направляясь к выходу. – Нужна помощь с тем, чтобы отнести их в кровати? – С этими словами он остановился, выразительно приподняв бровь. Я все прекрасно понял, и мне это не понравилось.

Я кинул пустую бутылку в мусорку и пошел в комнату. Они все еще крепко спали.

– Не стоит. Она проснется и устроит истерику, что ее домогались во сне.

Дэн усмехнулся.

– Да, разумеется. – Он положил руку мне на плечо и серьезно взглянул прямо в глаза. – Адам, будь с ней осторожен. Ей может быть хорошо с Эйденом, но это вовсе не значит, что ей понравится с тобой.

– Черт, что это вообще значит?

– Просто предупреждаю.

– О чем? – сурово спросил я.

Он примирительно поднял руки вверх.

– Вижу, как ты смотришь на нее. Просто дружеский совет.

Я так и не понял, говорит ли он из-за личного интереса к этой злюке или у него иные мотивы. Тряхнув головой, я подошел к дивану и нежно взял Эйдена на руки.

Сын слабо приоткрыл глаза, пока я укладывал его в кровать.

– Папочка?

– Ш-ш-ш, – прошипел я, поглаживая его по голове.

– Ты же не умрешь?

Последствия просмотра мультика «Король Лев»…

– Нет, сынок. Пора спать.

– Ладно. – Он с готовностью натянул одеяло до подбородка. – Люси плакала, когда Муфаса умер, поэтому я обнял ее и сказал, что это выдумка, поэтому глупо плакать. Я же прав, да?

– Она плакала?

– Ага. По-настоящему ревела, а не как Пенни из класса. Я обнял ее и похлопал по спине.

– Хорошая работа, сын, – с улыбкой похвалил я. – А теперь засыпай.

– Я ведь был прав, да? Я хорошо поступил?

– Ты все сделал правильно, Эйден.

– Люблю тебя.

Я поцеловал его в лоб.

– И я тебя.

Через несколько секунд он заснул.

Выключив свет в детской, я бессознательно пошел к Люси.

Девушка плакала из-за Муфасы… значит, у нее все-таки есть сердце, даже если она постоянно меня бесила.

Возле дивана я опустился на колени, ожидая, что она проснется и накричит на меня. Но она все еще спала, поэтому я нежно прикоснулся к ее обнаженному запястью. Может, я действительно желал, чтобы она проснулась и накричала. Возможно, мне нравится видеть огонь в ее глазах, этот непонятный блеск, который я затруднялся идентифицировать. Мои мысли переключились на Аделину, и я подумал о том, какая же она была спокойная и… мягкая – сложно подобрать другое слово. И как же сильно она изменилась за эти несколько лет… Скучаю ли я по ней? По прежней Аделине? В этом все дело?

Не поймите меня превратно, но Люси тоже показалась мне мягкой во всех важных местах. Но в ней было еще что-то цельное. Настоящее. Она одновременно сумасбродная и нормальная. И я позавидовал, что у нее есть такая свобода выбора своего поведения.

Люси знает саму себя, и у нее нет проблем с демонстрацией настоящего «я».

Она тихонько застонала во сне, поэтому я встал и накрыл ее тонким одеялом, а потом вышел из комнаты.

Как бы мне ни нравились встречи с ней, я должен избегать сближения. Короткие или длительные, серьезные или легкомысленные – любые отношения с фанаткой обречены на провал. А Люси Мейер была худшей представительницей поклонниц, которая не боялась выйти из тени. Я должен помнить о своей основной цели на данный момент: получить полную опеку над Эйденом и окружить его заботой. Ладно, за то время, что сын будет с матерью, я сумею найти замену нашей временной няне.

Я не искал случайных связей – у меня их было предостаточно, но я также не хочу отношений. Сейчас меня манила только моя кровать. Я ужасно устал и совершенно не высыпался. Мне нужно отдохнуть хотя бы несколько часов, а затем начнется новый день.

– Оливия, ты уверена на все сто?

– А что? Выходи, дай на тебя посмотреть.

– Ты точно уверена, что принесла платье моего размера, а не для идеальных девушек, которые существуют только в фантазиях? – Я посмотрела на себя, пытаясь понять, подхожу ли под это определение. – Увиденное нельзя будет развидеть. И не говори, что я не предупреждала.

– Люси, хватит. Давай выходи.

– Как скажешь, моя зеленая Оливка.

Пожав плечами, я глубоко вздохнула и вышла из ванной.

Было около десяти часов утра, а мы сидели в спальне Оливии, где она делает плохие, очень плохие вещи со своим красивым мужем, но не рассказывает – просто рассказать! – своей подруге. Мы примеряли платья для торжественного приема, где сегодня вечером мы собирались присутствовать.

Незадолго до этого стилист Джейсона подбросил нам десяток вариантов, и мы перебирали их, пока не нашли подходящие.

– Боже мой, – выдохнула Оливия, оторвавшись от экрана телефона. Она взглянула на мою грудь. – Боже, что с твоими сиськами?