Ненавидеть Адама Коннора полностью

– Как ты думаешь, у нас все было бы по-другому? Ну, если бы у нас не получился Эйден. Как ты думаешь, мы все равно оказались бы в этой точке? Или могли бы что-то изменить?

Взглянув ей в глаза, я понял, что она спрашивает совершенно искренне.

– Не знаю, Аделина, – со вздохом ответил я. – И не могу знать. Если ты о свадьбе, то мы поженились бы в любом случае. Да, все так и было бы. Я любил тебя. Может, это случилось бы немного попозже, но… рано или поздно мы бы все равно оказались женаты.

– И я тоже тебя любила, Адам, – прошептала она. – Так сильно, что просто не могла представить, что однажды проснусь, а тебя нет рядом…

– Но теперь можешь, – подсказал я.

Она отвернулась.

– Думаю, что действительно совершила ошибку, поторопившись с Эйденом. Он изменил тебя. И нас.

– Разумеется. Я изменился. Проблема в том, что ребенок никак не повлиял на тебя, и это в конечном счете изменило нас обоих. Аделина, я совершенно не понимаю, зачем мы снова начинаем этот разговор. Ты уже говорила обо всем, когда произнесла фразу о разводе. Но сейчас мне нужно поговорить о другом. У меня нет времени слушать, как ты рассуждаешь о том, что наш сын стал для тебя ошибкой.

– Наш сын, – повторила она, взглянув мне в глаза. – Извини. Мне пришлось несладко.

– Что? Ты не получила одобрение режиссера?

– Да, так и есть. Я не получила зеленый свет. Я уже говорила, что мне пришлось поехать с Эйденом, поскольку режиссер хотел посмотреть на нас вместе. Там была роль матери, которая пытается защитить сына от жестокого мужа. А потом таблоиды раструбили о том, что я забыла Эйдена в машине… Наверное, это как-то повлияло на решение.

– Вероятно, – согласился я. – Он же не кошелек, который можно потащить куда угодно, чтобы похвастаться перед каждым встречным. Аделина, то, что ты проводишь время с моей матерью, не означает, что ты должна перенимать ее повадки. – Она поджала губы. – Я хотел поговорить о том, что собираюсь подать заявление на единоличную опеку над Эйденом. Я не хочу, чтобы ты узнала об этом из таблоидов или пресс-релизов. – Положив руку мне на плечо, она подалась вперед. – Наверное, ты уже догадывалась, что рано или поздно это произойдет. После вчерашнего я думаю, что уже давно надо было так сделать, – добавил я, пока она не начала спорить.

– Адам, ты не можешь так со мной поступить. Только не сейчас. Ты тоже должен думать о сыне. Мы уже обо всем договаривались. Ладно, забудь обо мне, подумай о том, что он почувствует. И что вообще подумают все остальные?

Я повернулся, чтобы хорошо видеть выражение ее лица. Она нежно сжала мою руку.

– И что же они подумают?

Она глубоко вздохнула.

– Они подумают, что он мне не нужен.

– А он тебе нужен?

– Да, Адам. Конечно. У нас все отлично получается. Одна неделя с тобой, одна со мной. И таким образом у меня есть время, которое я могу уделить своей карьере. Я наконец-то возвращаюсь к любимому делу.

– Я же никогда не мешал тебе заниматься любимыми делами. Как и все остальное, сделать перерыв оказалось именно твоим решением. Ты подумала, что если оставить его с няней и вернуться к съемкам, люди осудят тебя. В конце концов, ты всегда делала то, что ты хотела, поэтому даже не пытайся перекладывать ответственность.

– Адам, – начала она снова, чем изрядно меня разозлила. Встав, я посмотрел на нее сверху вниз.

– Аделина, что вообще вчера произошло? Ты забыла, что он едет в машине рядом с тобой?

Нахмурившись, она посмотрела на меня.

– Нет.

– А что потом? – процедил я.

– Он должен был быть с Ритой. Это ее косяк. – Рита – всего лишь твоя помощница. Ты собираешься сидеть и винить помощницу, что она не позаботилась о твоем сыне? – Она молчала. У нее зазвонил телефон, и она посмотрела в сторону звука. К моему удивлению, Аделина не стала отвечать на звонок. – Я видел фотографии, – пояснил я. – Я все видел, но не заметил, чтобы ты вернулась за сыном. Он стоял там совсем один. Стоял и плакал, пока кто-то из помощников не вернулся за ним.

Встав, она посмотрела на меня и, повысив голос, заявила:

– Ему просто нужно было ждать в машине.

– Слушай, ему всего пять. Он пошел за своей мамой.

Телефон замолчал, а потом зазвонил вновь.

– Ответь уже, – раздраженно сказал я. – Так, я пришлю Эйдена, чтобы он мог попрощаться с тобой. Если, конечно же, у тебя найдется свободная минутка. А если нет, то я собираюсь провести с ним время, чтобы он снова мог смотреть мне в лицо, а не искать что-то под ногами. Скоро у меня будет встреча с адвокатом. И тебе тоже советую проконсультироваться. Ты еще будешь видеться с ним, пока судья не примет окончательное решение.

Я отошел от нее в сторону.

– Я не сдамся без боя, Адам, – решительным голосом заявила она. – Я не позволю, чтобы все решили, будто мать не против, когда у нее забирают сына.