Поэтому он обычно быстро прекращал разговор с Элис, испытывая чувство вины за художественные наклонности своего воображения. Однако сегодня Элис как будто была расположена поговорить.
– Я слышала, что одного из ваших коллег пришибли, – сказала она.
Карелла улыбнулся, несмотря на мрачную тему. У Элис иногда была особая манера примешивать к королевскому английскому языку отборные образчики уголовного и полицейского жаргона.
– Да, – ответил он.
– Мне ужасно жаль, – сказала она изменившимся голосом и другим тоном. – Пожалуйста, будьте осторожны вы с Хэнком. Если какой-то хулиган бегает по улицам и стреляет...
– Мы будем осторожны, – сказал он. – Мне надо идти, Элис.
– Я оставляю Хэнка в надежных руках, – сказала Элис и бросила трубку, не попрощавшись.
Карелла усмехнулся, пожал плечами и положил трубку. Дэвид Фостер, чье свежеумытое коричневое лицо блестело, легкой походкой подошел к столу.
– Добрый день, Стив, – сказал он.
– Привет, Дэйв. Как у тебя?
– Есть баллистическое заключение по поводу этого пистолета 45-го калибра, который ты принес ночью.
– Ничего интересного?
– Из него не стреляли с тех пор, как старый король Коль выпил свой эль.
– Ну что ж, одной возможностью меньше, – сказал Карелла. – Теперь нам осталось проверить только остальные 9 миллионов 999 тысяч жителей этого прекрасного города.
– Мне не нравится, когда убивают полицейских, – сказал Фостер. Он угрожающе наклонил голову, став похожим на быка, атакующего при виде мулеты. – Мы с Майком работали вместе. Он был хороший парень.
– Я знаю.
– Я пытался понять кто, – сказал Фостер. – У меня здесь собственная картотека, и я просматривал фотографии этих гадов. – Он показал на свой висок. – Я их всех перебрал и много думал. Пока я ничего не знаю, но дай мне время. Кто-то затаил зло на Майка, и когда я вспомню, этот тип пожалеет, что он не на Аляске.
– Сказать по правде, хотел бы я сам быть сейчас там, – сказал Карелла.
– Жарко, верно? – сказал Фостер.
– Угу. – Углом глаза Карелла увидел, как Буш появился в коридоре, вошел и записал в журнале время прибытия. Он подошел к столу Кареллы, подтянул к себе вращающийся стул и мрачно плюхнулся на него.
– Тяжелая ночь? – спросил, ухмыляясь, Фостер.
– Еще бы, – ответил Буш своим тихим голосом.
– С Кларком пустой номер, – сказал ему Карелла.
– Так я и думал. Что теперь будем делать?
– Хороший вопрос.
– Заключение коронера уже есть?
– Нет.
– Ребята подобрали каких-то типов для выяснения, – сказал Фостер. – Мы можем сейчас быстренько допросить их.
– Где они? Внизу? – спросил Карелла.
– В парадных апартаментах, – сказал Фостер, имея в виду камеры на первом этаже здания.
– Почему бы тебе не позвонить, чтобы их привели?
– Хорошо, – сказал Фостер.
– Где шеф?
– В Отделе расследования убийств. Пытается подвигнуть их на активные действия.
– Видели утреннюю газету? – спросил Буш.
– Нет, – ответил Карелла.
– Майк на первой странице. Смотрите. – Он положил газету на стол Кареллы.
Карелла повернул ее так, чтобы Фостеру было видно, пока он говорит по телефону.
– В спину стрелял, – пробормотал Фостер, – этот грязный ублюдок.
Он поговорил и положил трубку. Мужчины зажгли сигареты, Буш заказал по телефону кофе, они сидели и разговарили. Задержанные появились раньше, чем кофе.
Двое мужчин, оба небритые, оба высокого роста и в спортивных рубашках с короткими рукавами. На этом внешнее сходство между ними заканчивалось. У одного было красивое лицо с правильными чертами и ровными белыми зубами. Другой выглядел так, как будто его лицо попало в бетономешалку. Карелла сразу узнал обоих. Мысленно он увидел их карточки в Большой картотеке.
– Вы их задержали вместе? – спросил он у полицейского в форме, который привел их в комнату отдела.
– Да, – ответил тот.
– Где?
– На углу Тринадцатой и улицы Шиппc. Они сидели в припаркованной машине.
– А что, нельзя? – спросил красивый.
– В три часа ночи, – добавил полицейский.
– О'кей, – сказал Карелла. – Спасибо.
– Как твоя фамилия? – спросил Буш красавчика.
– Коп, вы знаете мою фамилию.
– Скажи еще раз. Она мне нравится.
– Я устал.
– Еще успеешь устать, пока мы закончим. Прекрати комедию и отвечай на вопросы. Как тебя зовут?
– Терри.
– Терри, а дальше как?
– Терри Мак-Карти. Какого черта, вы шутите, что ли? Вы знаете мое имя.
– А твой приятель?
– Его вы тоже знаете. Это Кларенс Келли.
– Что вы делали в этой машине? – спросил Карелла.
– Смотрели нехорошие картинки, – сказал Мак-Карти.
– Хранение порнографии, – равнодушно отозвался Карелла. – Запиши, Хэнк.
– Эй, подождите, – сказал Мак-Карти. – Это я только ради смеха сказал.
– Не заставляйте меня терять время! – крикнул Карелла.
– Хорошо, хорошо, не надо сердиться.
– Что вы делали в этой машине?
– Сидели.
– Вы всегда сидите в припаркованных машинах в три часа ночи? – спросил Фостер.
– Иногда, – ответил Мак-Карти.
– Что вы еще делали?
– Разговаривали.
– О чем?
– Обо всем.
– Занимались философией? – спросил Буш.
– Угу, – сказал Мак-Карти.
– И что же вы решили?
– Мы решили, что не стоит сидеть в припаркованной машине в три часа ночи. Всегда найдется какой-нибудь коп, которому надо заполнить свой блокнот.
