Ненависть (ЛП) полностью

— Как это может быть хоть отдаленно похоже на ту же шкалу серьезности? Сок на твоем распутном наряде по сравнению с попыткой уничтожить все мое будущее?

Мой собственный взгляд стал кислотным.

— О, ты имеешь в виду, как год назад, когда ты подставил меня? Как меня арестовали за преступление, к которому я не имею никакого отношения, затем предъявили обвинение и отправили в чертов, блядь, суд, чтобы я доказала свою невиновность? Как тогда? Как насчет того, что вы трое пришли подтвердить мою историю и предоставить доказательства, необходимые мне, чтобы выйти на свободу через три дня, а не через три месяца? О, подождите. Вы этого не сделали. Вы оставили меня там гнить и не оглянулись ни разу.

Я кричала это на него. На всех них. Моя грудь вздымалась, и знакомый ожог ненависти пронесся по моим венам. Давно пора было, черт возьми.

— А как насчет того, что ты намеренно сдал меня полиции в ту ночь? Как насчет того, что все гребаные университеты Лиги Плюща, в которые я была заблаговременно принята, отозвали свои предложения в тот же день, когда мой арест показали в новостях? Или о том, что мои перспективы на работу теперь, блядь, под угрозой, потому что все, кто смотрит на Мэдисон Кейт Дэнверс, видят в ней только преступницу? Оправдательный приговор ни хрена не считается, когда тебя публично клеймят как виновного.

Теперь я был в ударе. Шлюзы были открыты, и это не закончится, пока я не выскажу все, что думаю. Так что, к черту. Почему бы не пойти до конца?

— А может, это была оправданная месть за то, что твой брат преследовал и убил мою маму? — я толкнула его в грудь, когда сказала это, и, должно быть, застала его врасплох, потому что он отступил на шаг. Но я еще не закончила. — О, но, конечно, у Жнецов достаточно копов в их гребаных карманах, чтобы его отпустили всего через три недели заключения. Теперь убийца моей мамы может свободно делать все, что ему заблагорассудится, например, преследовать меня.

Слезы застилали мне глаза, и чтобы дать себе что-то, кроме как разрыдаться, я сорвала маску с волос и бросила ее на грудь Арчера.

— Так что, да, Арчер, — усмехнулась я, — ты, блядь, заслужил немного стероидного порошка в своих протеиновых коктейлях. Будь благодарен, что это все, что было.

Я нагнулась и взяла ключ от G-Wagen там, где он выпал из руки Коди. Я не знала, какой у меня план. Я ненавидела водить машину, но я не могла оставаться там.

— Мэдисон Кейт, — сказал Стил, его голос был потрясен, — Зейн не убивал твою маму.

Его слова были как пощечина, и я отшатнулась назад.

— Прости? — из всех них я не ожидала, что Стил будет защищать этого убийцу-психопата. — Что, блядь, ты можешь знать? Я была там. Я видела это.

— Ты уверена? — мое внимание переключилось на Коди, и я уставилась на него. Он выглядел страдающим, но все равно продолжил. — Я просто хочу сказать, что ты ошибалась, когда я подбросил тебе ключ на прошлый Хэллоуин. Разве не может быть, что ты ошибаешься и в этом?

Моя челюсть упала, предательство обрушилось на меня со всех сторон.

— Я не ошибаюсь. Я видела это. Он избил ее до потери сознания, а потом выстрелил ей в голову, — мое тело задрожало, когда мой разум вынырнул из этих болезненных, давно подавленных воспоминаний.

— Ты была заперта в шкафу, Мэдисон Кейт, — сказал Арчер, его тон был низким и холодным. — Ты не видела.

Я покачала головой, отрицая то, что они говорили, пока темные воспоминания врезались в мой мозг. Боль и ужас когтями впились в мое горло, так же свежо, как и в ту ночь ровно семь лет назад. Еще одна причина, по которой я ненавидела этот дурацкий праздник… Это была годовщина убийства моей матери. С тех пор я каждый год упорно игнорировала этот факт.

До сих пор.

— Я видела, — настаивала я, не обращая внимания на влагу на щеках, выступившую на глазах. Я больше не могла сдерживать слезы. — Сквозь щели двери шкафа я видела все, что он, блядь, делал с ней. Я слышала каждый крик боли и мольбу о пощаде. Я слышала, как ломались ее кости и…

Мой голос сорвался на всхлип, и я проглотила горькую боль.

Глубоко вдохнув, я собрала свои разбитые эмоции и обернула их вокруг себя, как пропитанное ядом одеяло.

— Когда шкаф снова открыли, там стоял твой брат и смотрел на меня сверху вниз, как будто я была гребаным осложнением.

Если бы я могла убить кого-то силой своего взгляда, Арчер Д'Ат превратился бы в дымящуюся кучку пепла. Вся моя боль, гнев и ненависть, копившиеся годами, теперь переместились на этого ублюдка.

Однако он просто смотрел на меня с чем-то опасно близким к жалости в глазах.

— Почему ты думаешь, что это делает его твоим преследователем? — спросил Коди, его тон был низким и спокойным. Это был тот же тон, который он использовал, когда Арчер закатывал истерику.

Я бросила на него презрительный взгляд. Он встал на сторону Арчера, они оба встали, и я, черт возьми, перестала им доверять. Окончательно.