Дилан приглашён на день рождения своего лучшего друга, не подозревая, какую игру тот затеял. Ставка названа, на кону один лот, и он сам не понял, как проклятые слова сорвались с его губ: "Пятьсот тысяч, она моя…" Если бы он только знал, какие ждали его последствия после импульсивного решения. Эта ночь станет роковой, изменит полностью его взгляды на жизнь. Предрассудкам нет места, любовь проявляет себя весьма своеобразно. Содержит нецензурную брань.
Она всегда завидовала детям, которые жили в красивых домах, их любили родители, а на завтрак они ели фрукты и замечательные бутерброды. Хлоя садилась одна за столик в столовой, кидала завистливые взгляды в сторону королевы школы и её свиты, открывала упаковку с кексом, жевала его с тоской, запивая молоком. Мередит Уолсен, девушка мечта для всех парней, они её Боготворили, ещё бы, ведь она считалась неписанной красавицей, хотя Хлоя и не понимала от чего они так думают, – « Коротконогая корова с толстым задом и грудью четвёртого размера. С цветом глаз мутной болотной жижи оттенка, но она упорно всем доказывала насколько редкое это явление, глаза цвета грязи. Холи молча наблюдала за тем как вьются парни за этой дурой, и ненавидела свою жизнь с каждым днём всё больше».
На выпускном, родители с гордостью смотрели на своих детей, а она опустив глаза, сгорала от стыда. Те, кто учился с ней, произносили благодарственные речи, принимали поздравления от преподавателей, забирали дипломы, и шли к тем, кто их любил. Хлоя нечего было сказать, её никто не поздравлял, она изгой, и так будет всегда.
После торжества она поехала домой, где её опять никто не ждал, точнее мать снова валяется на диване в грязной гостиной, рядом пустая бутылка из-под водки, и смердит адским перегаром. Холи никогда не приглашала друзей, потому что у неё их попросту не было, родители соседских детей никогда не позволяли с ней дружить, презирали и отторгали её существование в этом дерьмовом мире. Мать Холи стала пить после смерти мужа, отца девочки, потом потеряла работу, сбережений хватило на несколько лет, а после наступили тяжёлые времена, спасала пенсия бабушки, которую в большей мере мать и пропивала. Хлоя привыкла заботиться о себе сама, бралась за любую подработку, и благодаря этому вечером на столе стоял горячий ужин. Мать с отёкшим лицом садилась за стол, молча ела, запивая остатками водки, затем шла в свою комнату и рыдала. Хлоя так же заботилась о бабушке, кормила её с ложки, ведь восьмидесятилетняя старушка давно жила в своём мире, изредка её взгляд прояснялся, в такие моменты она прикасалась к личику своей внучки, и снова её сознание меркло. Хлоя смотрела на мать и ненавидела её всем сердцем, она отреклась от единственной дочери, обрекла на жалкое существование, упиваясь своим горем. Но пять лет назад она была по-настоящему счастлива, – « Папа возвращался домой после рабочего дня, который как казалось Хлое, тянулся бесконечно, она встречала его на дорожке возле гаража, он ставил машину, шёл к ней на встречу с пакетом её любимых булочек, целовал, и они вместе шли в дом. Мама суетилась на кухне, пахло изумительно, её мясное рагу обожала вся семья. Потом они вместе накрывали на стол, мама смеялась на шутками отца, они так мило держались за руки, смотрели друг другу в глаза с обожанием…Но когда в дверь постучала полиция сообщив о трагедии, мир рухнул, и тьма окутала их дом».
Нью-Йорк
Наши дни
Манхэттен райский остров для воплощения всех желаний…
Хлоя брела по тротуару, с завистью поглядывая на витрины роскошных магазинов. Красивые девушки бросали на неё брезгливые взгляды, быстро отворачивались, и заметив потенциального покупателя с купюрами торчащими из карманов дорогих костюмов, тянули к ним свои алчные руки, и заискивающе улыбались. Хлоя снова почувствовала себя полным ничтожеством, опустив голову, ускорила шаг. Она направлялась на кастинг, агентство искала модели для рекламы продукции, и её анкету одобрили, но окончательное решение примут после личной встречи. Вскоре она остановилась у вывески « De luks». Девушка, передёрнув плечами, подняла глаза на плакат. Яркой внешности модель лежала на диване в красивом нижнем белье, облизывая яркие губы языком. Хлоя снова посмотрела на бумажку, убедилась, что не ошиблась адресом, и неуверенно дёрнула дверь за ручку.
В просторном холле, толпились люди, кто-то бегал между кабинетами, расшвыривая вещи. Расторопные сотрудники быстро поднимали с пола платья, и уносили прочь.
– О! Боги! – раздался мужской вопль. – Где эта чёртова модель?!
Хлоя понурив голову, попятилась назад, она явно пришла не в то место.
– Ты! – раздался другой мужской голос. – Подними голову!
– Я? – Хлоя оторопев, посмотрела по сторонам.
– Да, ты! – мужчина подскочил к ней. – Твой цвет глаз?
– Синие, – неуверенно пробормотала девушка. –
– Отлично, пошли, – мужчина вцепился в её руку и потащил в сторону гримёрок. – Дамы! – завопил он истошно, подтолкнув её вперёд. – Приведите её в должный вид, у нас съёмка горит! Заказчики будут в бешенстве!
– Иди сюда, – одна из стилистов, подозвала её, указав на кресло возле зеркала.
Хлоя растерянно стала оглядываться, модели которых готовили к съёмкам, окинули её скучающим взглядом, не проявив особого интереса, вернулись к своим делам. Хлоя в ужасе приблизилась к зеркалу, она никогда прежде не была в подобных местах, здесь жизнь бурлила во всю, гул не стихал, творилось что-то невообразимое.
– Что мне делать? – Хлоя осторожно присела в кресло.
