Ненормальный практик 4 полностью

Снова приступ рвоты.

И он падает на пол.

— С-САША… Как… как ты? — Ингрид делает неуверенный шаг к нему.

Голос дрожит. Ей страшно. Но всё же она сделав ещё пару шагов, подбегает к нему.

— ТЫ ТАК НАС НАПУГАЛ⁈ КАК СЕБЯ ЧУВСТВУЕШЬ? ЭТО КРОВЬ⁈ ТЫ РАНЕН⁈

— Едва… — хрипит тот, — едва… остался собой…

И рухнул лицом вниз.

Абызова среагировала инстинктивно. Успела подхватить его. Не бросай товарищей. Так всегда говорили в её отряде. Даже если товарищ только что превратился в нечто из кошмаров и разорвал шестерых магистров голыми руками.

«Архимагистр. Его пиковая сила на уровне архимагистра. Может, первой ступени, а то и второй. Он двигался слишком быстро. Игнорировал смертельные раны. Рвал защитные контуры как бумагу… Да он сейчас чудо совершил… А я тут… оцениваю насколько он опасен!»

Воспоминания накатили волной. Как юный Волков сразил ещё внизу рыжего магистра Максвелла. Абызова тогда была поражена, хоть и промолчала! Мастер первой ступени не должен побеждать магистров в одиночку! Ещё там она думала, что им пришёл конец! Что Максвелл точно убьёт их! Но Волков как-то смог. Даже быстрее, чем она сама разобралась с Блэквудом!

Но всё то… то было ничто по сравнению с ТЕМ, ЧТО ТОЛЬКО ЧТО ПРОИЗОШЛО!

"Ненормальный практик. — она держала его сейчас за плечи, глядя на его столь умиротворённое юное лицо. — Теперь я понимаю. Это не просто прозвище. Это предупреждение. Предупреждение, что с этим человеком лучше не связываться, если не готов столкнуться с чем-то совершенно ненормальным…'

— Я понесу его, — Абызова собиралась поднять юношу на плечо.

— Нет!

Ингрид буквально оттолкнула её, оттягивая Волкова. В голубых глазах полыхнуло что-то первобытное, территориальное. Собственническое.

— Он мой друг! Я сама!

«Мой. Моё. Не трогай.» — кричало внутри у Ингрид.

Северянка сама не понимала, откуда эта ярость. Но видеть, как кто-то другой касается её «друга» было невыносимо.

— Ингрид, он слишком тяжёл для тебя, — Абызова попыталась быть голосом разума. — Я сильнее, быстрее донесу…

— Сказала же — НЕТ!

Северянка подхватила бессознательное тело товарища, закинула на плечо. Он оказался удивительно тяжёлым! Но такая ноша никак не давила!

— Он… он весь горит, — прошептала дочь Хальвдана, чувствуя жар через одежду. — Как в лихорадке.

Абызова коснулась его лба. И сглотнула. Кожа была обжигающе горячей.

— Отдача, — прозвучал её механический голос. — Что бы он ни использовал, сейчас его тело перегружено. И не справляется. Нужно спешить! Разберёмся с генератором и займёмся им!

Ингрид кивнула, и они побежали вверх по винтовой лестнице. Северянка несла Волкова, уралка бежала впереди. Обе молчали, погружённые в мысли.

«Он назвал меня идиоткой, когда я хотела пожертвовать собой. А потом сам… — думала Абызова. — Но нет… это не жертва. Он знал, что выживет. Знал свою силу. Что ещё больше пугает. Он знает, что может управлять ей. Хотя что он сказал, когда стал снова собой? Что-то что едва вернулся? Выходит, мог потерять себя в таком состоянии? — она вспомнила его усмешку перед трансформацией. Усталую, печальную. Будто он не хотел этого делать. Будто понимал, что у него не было выбора. — Всё, что здесь произойдёт, останется между нами. Обещаю. Он боится. Боится, что о нём узнают. Что его сочтут… кем? Чудовищем? Опасным? Да, скорее всего. И он прав. Если о его силе узнают…»

— Магистр, — голос Ингрид прервал размышления. — Ты ведь никому не расскажешь?

Та покачала шлемом:

— Я дала слово. И… обязана ему. Он спас нас.

— Он всегда всех спасает, — буркнула Ингрид. — Дурак без мозгов…

Бывший командир третьего лагеря майор Громов стоял на командном пункте, глядя в подзорную трубу на форт Дредноут. Рассвет. Всё небо в багровых тонах, точь сама природа предвещала кровопролитие.

Барьер всё ещё стоит. Синяя сволочь.

— Командир! — подбежал связной. — Северяне готовы к атаке! Ждут сигнала!