Темное очарование денной нощи пятью купюрами (по двадцать три неба в каждой) разменивает солнечную лепешку. Точечная мудрость заключена в семерке. Она говорит, что знает все, но сумка ее уже практически опустела. Она найдет дорогу к родительской обители, а моя половина уже помолилась за нее небесам. Исключительно интересная формация: долг ею правит как лошадь правит повозкой и хозяином же.
Моя невеста – это Цветочная бабочка призрачной породы. Ее нежная кожа напоминает чем-то белый шоколад и лепестковое очарование поздней весны. По внутренностям выбирали будущее, где война развязывает острые крылья наши. Вот так и произошло оно. Тот земляной пол, что с червячками сухими, зеленое молоко рассыпало из-за спешки. Чего тут думать? Делать нужно! Да.
Цветок – оно все. Цветочное очарование часто говорит мне о подарке, о той глиняной кружке пластинчатой, о воссоздании Сознания, чье Металлическое разумие есть форма наивысшего метода общения. Шепчущий город Смар повстречался со своей душой, и взрывом сим уничтожены границы теперь. Так к чему лететь за две сотни планетарных систем, если можно сделать суточный оборот в два мгновения?
Солнце подогревало напиток на моей голове, когда я вышел на утреннюю прогулку близ лесных изумрудных насаждений. Девять на песочных часах, а я уже вне стен и без пластиночной обмотки вокруг глаз. Я смотрел на огромный солнечный диск и радовался тому, что мне открылся невиданный раннее образ: круг света вместе с пастельными тонами нахватывал воздушные краски и углубившись в себя рисовал Красоту. Не смотря на ни что вышел великолепный шедевр по утру, по вечеру и по следующему дню, который никогда не настанет в этой системе координат.
Ее образ солнцем помазан, дорогой дальней прикрыт: это то самое дело самоличного толкователя. Такие предзнаменования небесной зари, где карточные островки низвергаются в глубины померанцевой пыли, прахом тем и погребены теперь. Угрюмо они ходят по призрачным землям прошлого детства своего. Погребенные среди звезд они о любви мечтают, и я это им с удовольствием подарю. Это приданное ко свадьбе моей с Цветочным великолепием, это горько-сладкая приправа на главное блюдо, что станет подаваться исключительно горячим. Точнейшие плитки камня и глыбы из льда плавятся под огневом из кедровых коктейлей. Звезда их парит высоко над всевозможностью ветряных мельниц, делая этот конгломерат подобной Звездной Пустоше. И Рассказчика Альятту вдохновляет сей порыв, да будь он вознесен в пространное повествование!
Взаимодействие с моей невестой происходит в нежащейся пыле и облаках с мятным основанием. Ея величество Цветок лиловым одеянием мечтает о путешествии на озеро Грац, где древнее морское дно и соль слез родили ее основание, ее сущность. Порождать из маленькой точки целую Вселенную, дорогого ли оно стоит? Группа из двух, пяти и семи глав помещаются на ладони из Странничных переплетов, и бредет оно прямо вниз к исчезновению последней мудрости. За тонкими ширмочками влюбляются тонко-крылые валящие бабочки, а за ними, на толстых ножках вприпрыжку шествуют большие микроскопические грибы или их споры.
Тонкокрылое то и это вокруг, кому бы душу излить да помочь воспарить над земными угодьями сумчатых пейзажей, заморских коней и нетопырью самоличного толка? Тонкокрылые сидят за столом и сопят, злобно поглядывая на Цветок да на Пустошь: их уличили в развратных действиях против военного положения Любви. О ней я пишу и пою свои лучшие песенные партии, о ней великолепной слагаю древние сонеты и космические дары возлагаю на серебряные ее алтари. Мне честь величайшая выпала, я смогу продолжить свое дело и наш с ней род. Космос, благослови!
Помнятся времена, когда я мог беспрепятственно лгать направо и налево и не быть уличенным в святотатственном действе же. Долго мое шествие продолжалось и продолжает делать собственное дело. Тому пришел закономерный конец, когда я смог расправить крылья наподобие льстивой бабочки и ее ощипанному союзу между снедью сварливой бестии и старой девы, чье присутствие являло жить исключительных молодильных яблочек. Лицо обрамляла серая прядь из лозы теменной области Мироздания и всё: тогда же была разломана пятая часть забвенного книжного искусства.
Мерцает воздух здесь. Я много задавался вопросом куда исчезла пыльность звездных туманов, а космос мне отвечал: «Твои разумные толки облагораживают наши умы. Делай то, что считаешь истинно нужным. Добро твоей душе».
Позаботились о нашей семье. Мы с Цветком-Звездой взаправду сыграли пышные свадьбы, став второй парой из пятого поколения, где семеричная система отыскала свое будущее летоисчисление. Сближение с вечным сном отделяет от нас миллионы часов книгочтения о световой славности Времени. Двигаться быстрее всего существующего возможно только после уничтожения Всего. Ни материальной формы, ни игрушечных дорог, только светлая темнота с приятной мятной кислинкой.
