Я чувствовал мокрый след на своей щеке. Дорожку, что оставляла за собой непрошенная слеза. Чёртовы псины. Никогда не прощу за то, что они сделали с моей семьёй. С моей мамой. Она, сука, мучилась, когда Самюэль уже собирался плясать на её могиле. Поджидал часа, попутно втираясь в моё доверие. Помогая, блять.
— Не твоё собачье дело, — передёрнул плечами Сэм.
— Остолбеней! — крикнул я заклинание, быстро наводя на мужчину палочку.
Самюэль отмахнулся от него как от насекомого, лишь слегка качнув головой.
— Как же мне надоела твоя настырность, Блейз, — цокнул он. — Ты как червяк, пытающийся залезть в каждую неприкрытую щель. Всё копаешь и копаешь под меня, — он с лёгкостью отразил Экспеллиармус, полетевший в него, и хрипло рыкнул. — Пора уже понять, что твой любопытный нос может стоить жизней. Жизни старика Матиаса, например.
— Что?! — мой голос дрогнул, вынуждая меня сделать несколько шагов назад, увеличивая дистанцию, и замереть с поднятой палочкой. — Ты мне угрожаешь?
— О-о! — мерзко хохотнул Сэм. — Вытри молоко с губ и разуй глаза. Какой смысл угрожать, если ты ничего не можешь дать мне взамен, а? — мужчина понизил голос и приподнял брови. — Матиас уже мёртв, — прошипел он, делая шаг вперёд. — Жаль его, хоть и сквиб, а толковый был. А всё из-за тебя, из-за твоего вездесущего… любопытства, — почти по слогам выговорил он.
Я тяжело сглотнул, слишком явно начиная ощущать, как коробка с сигарами Матиаса ощущается в кармане мантии. Она будто стала в разы тяжелее, притягивая меня к земле. Но я силой заставил разум не вспоминать радушного старика, не вспоминать, как тепло тот принял меня. И не думать, что моя самая крупная сделка пошла коту под хвост и я вновь останусь без денег.
Если выживу.
— Я не виноват в том, что ты чёртов убийца, — прохрипел я, не сводя кончика палочка с цели.
— Кстати говоря, Матиас указал тебя в своём завещании. Хотел помочь тебе из-за смерти матушки, — Самюэль смерил меня прищуренным взглядом. — Вот только эта ячейка в Гринготтсе изначально предназначалась мне. Ты и здесь мне поднасолил, чёртов щенок. Экспульсо!
Я тут же прыгнул вправо, прижимая колени к груди в воздухе, и, подгоняемый ударной волной от взрыва, упал на землю, кубарем катясь по снегу и собирая затылком все кочки. Перед глазами плыло, я стиснул зубы, чтобы упереться ногой в снег, и попытался быстро встать.
— Петрификус Тоталос! — заклинание угодило к ногам Сэма из-за моей дезориентации. И я, поморщившись от боли, выставил вперёд колено, чуть пошатываясь и поднимаясь на ноги.
— Инкарцеро, — донёсся до меня еле слышный хрип Самюэля, и всё моё тело тут же сковали верёвки, приковывая обратно к холодному снегу и ударяя лицом о землю.
В голове до сих пор звенело из-за взрыва, и я никак не мог определить место, в которое меня поразило заклятье, чтобы снять его. Сука.
Я толкнулся всем телом, чтобы перевернуться на спину и вытащить лицо из сугроба. Кожа противно зудела от мороза, а бедро саднило после удара, но я покрепче сжал в связанной руке палочку и мысленно проходился по всему туловищу, пытаясь невербально снять заклятье.
До ушей донеслись звуки скрипучих шагов — Самюэль направлялся прямо ко мне.
— Как дела у мисс Грейнджер? — Кажется, моё сердце пропустило удар. — Я так понимаю, что она всё ещё жива благодаря тебе?
Самюэль возвышался надо мной, направляя палочку прямо в лоб. Его чёрные глаза источали насмешку и жгучее презрение. Словно прямо сейчас ему приходилось марать руки.
— Что ты с ней сделал? — выплюнул я, по-прежнему корчась в стягивающих меня верёвках. Я не сдохну вот так просто.
— И снова не тот вопрос, — усмехнулся Сэм. — Вернее будет: чего я не сделал. А именно — не вылечил грязнокровку, которая заслуживает положенной смерти. Ах, и ещё, — усмехнулся он, — немного поглумился над ней, выставив сумасшедшей на весь магический Лондон. Забавно вышло.
Моя лодыжка! Вот оно!
— Гори в аду! — прорычал я, наконец сумев распутать чёртовы верёвки. Резко поднял палочку: — Круцио!
По руке прошлась обжигающая волна. Грудь тяжело вздымалась, пока я продолжал полулежать на земле. Самюэль чуть пошатнулся от заклятья, что ударило его в грудь, и замер. Я напрягся, привставая на руках и вглядываясь в его лицо, готовый в любой момент нанести следующий удар.
Уголок губы Самюэля чуть дёрнулся, и он склонил голову к плечу, одарив меня насмешливым взглядом. Заклинание не сработало. Блять.
— Остолбе…
— Экспеллиармус! — опередил меня мужчина, впечатывая меня в снег и выбивая из лёгких весь воздух.
Палочка выскользнула из ладони, отлетая куда-то в сторону.
— Вот и всё, — повёл плечом Сэм, прижимая меня к земле ботинком, давя подошвой на живот. — И стоило так сопротивляться? — почти лениво протянул он, глядя на меня сверху вниз. — Мне даже жаль тебя, щенок. Не лезь ты не в своё дело, из тебя вышел бы неплохой помощник, — хмыкнул он.
— Чем ты проклял маму? — прохрипел я, вновь безуспешно пытаясь встать, пока Сэм продолжал с силой давить ногой, не выпуская меня.
— Её проклял не я, — отчеканил Самюэль, вытянув губы в тонкую полосу. — Я лишь завершил начатое.
— Но…
