Прежде чем выйти из машины, Клат достал из кобуры револьвер.
Билли Тапперу было всего лишь девятнадцать лет, и отличником учебы он едва ли смог бы стать в силу нехватки умственных способностей, но их все же хватило для того, чтобы испугаться при виде Генри Бофорта, когда тот вошел в Мудрого Тигра. Часы показывали двадцать минут четвертого, последнего дня существования Касл Рок. Хватило у Билли ума и на то, чтобы не отказать Генри в просьбе одолжить «понтиак». В его состоянии (при обычных обстоятельствах Генри был самым лучшим хозяином из всех, каких только встречал на своем коротком веку Билли) он просто сбил бы его с ног и отобрал ключи силой.
В первый — и возможно, в последний — раз в жизни Билли пошел на хитрость.
— Генри, — льстивым голосом произнес он, — мне кажется, ты бы сейчас не отказался пропустить стаканчик. Я бы точно не отказался. Почему бы нам с тобой не выпить на пару, прежде чем ты уедешь?
Генри исчез за стойкой бара. Билли слышал, как он возится под ней, как будто ищет что-то, и при этом ругается на чем свет стоит, правда, шепотом. Наконец он разогнулся, держа в руках деревянную прямоугольную коробку с небольшим висячим замком. Положив коробку на стойку, он стал перебирать ключи на брелоке, который носил на поясе.
Он хотел отрицательно покачать головой на предложение Билли, но передумал. Пропустить стаканчик — вовсе неплохая мысль. Это успокоит нервы и уймет дрожь в руках. Он отыскал ключ, снял с коробки замок и положил его на стойку.
— Ладно, — согласился Генри. — Но раз уж мы решили выпить, то сделаем это по всем правилам. Виски. Одинарную порцию тебе и двойную мне. — Он указал на Билли пальцем, и тот решил, что Генри скажет: и ты тоже поедешь со мной. Но Генри сказал совсем другое:
— Только не жалуйся своей маме, что я тебя спаиваю. Понятно?
— Да, сэр. — Билли вздохнул с некоторым облегчением и поспешил за стойку, чтобы взять бутылку, пока Генри не передумал. — Мне все понятно.
Дик Брэдфорд, руководивший самой важной и обширной сферой деятельности Касл Рок — коммунальными услугами, был возмущен до глубины души.
— Весь день носа не показывал, — доложил он Алану. — Если встретишь его, можешь от моего имени сказать, что он уволен. — Почему ты вообще так долго держал его, Дик? Они стояли на самом солнцепеке у ворот в городской автопарк N1. Слева, в ангаре, примостился грузовичок ремонтно-строительного ведомства. Трое рабочих сгружали с него небольшие, но, по всей видимости, тяжелые ящики с изображением красного многогранного алмаза — обозначение взрывчатых веществ. Из ангара до слуха Алана долетал шорох работающего кондиционера. Непривычные звуки для октября, но последняя неделя в Касл Рок вся из ряда вон выходит.
— Да, я его терпел дольше, чем надо бы, — признался Дик, проведя ладонью по жесткой седеющей шевелюре. — Мне все казалось, что в глубине души он неплохой малый.
Дик Брэдфорд был приземистым крепышом с двумя пожарными кранами вместо ног, готовый в любую минуту кому угодно намылить шею. И вместе с тем это был один из добрейших и милейших людей, которых Алану приходилось встречать.
— Понимаешь, когда он трезвый или не с тяжелого похмелья, работает за десятерых. И что-то в его лице наводило меня на мысль, что Хью не из тех, кто будет заливать за воротник до гробовой доски. Я надеялся, что, имея надежное место работы, он постепенно бросит это дело и станет человеком. Но эта неделя…
— А что эта неделя?
— Этот тип совсем с цепи сорвался. Казалось, что он все время на взводе. И я имею в виду не только алкоголь. Глаза как будто смотрят поверх тебя, когда с ним разговариваешь. И потом, он еще начал сам с собой беседовать.
— О чем?
— Понятия не имею. И не думаю, что кто-нибудь знает. Я терпеть не могу увольнять людей, но насчет Хью все было решено еще до того, как ты здесь появился. Он меня достал.
— Прости, Дик. — Алан вернулся к машине и, вызвав по переговорнику Шейлу, сообщил ей, что Хью целый день не появлялся на работе.
— Попытайся связаться с Клатом, Шейла, и напомни, чтобы он вел себя поосторожнее. И еще… Пошли-ка ему на подмогу Джона. — Он помолчал, раздумывая относительно своего последнего распоряжения. Бывали случаи, когда излишняя предосторожность заканчивалась никому не нужной стрельбой. Но тут же отмел все сомнения: он обязан оберегать своих людей. — Клат и Джон должны знать, что Хью вооружен и опасен. Ты поняла меня, Шейла?
— Вооружен и опасен, десять-четыре.
— Да. Десять-сорок. Пост номер один, конец связи.
Он отложил микрофон и вернулся к Дику.
— Как ты считаешь, он не мог уехать из города?
— Этот? — Дик повернул голову в сторону и сплюнул табачную жвачку. — Такие, как он, ни за что не уедут, пока не вытрясут из кармана всю зарплату до последнего цента. А большинство вообще никогда с места не трогается. Когда дело доходит до того, чтобы вспомнить, какие дороги и куда ведут из города, у них случается нечто вроде полной потери памяти.
Что-то привлекло внимание Дика, и он повернулся к рабочим, разгружающим грузовик.
— Ребята, вы что тут устроили? Эти ящики надо разгружать, а не в лапту ими играть.
