Необратимость полностью

— Поговори с ним. А я пойду приведу себя в порядок. — Эверли откидывается назад, вытирая указательными пальцами слезы под глазами. — Передай Таннеру привет. — Последняя фраза произносится с улыбкой, которая обещает, что мой друг в конечном счете получит не столько приветствие, сколько разнос.

Я нажимаю кнопку вызова, и он отвечает после первого же гудка.

— По шкале от «одного» до «я рискую потерять чувствительную область своей анатомии», насколько тебе сейчас хреново?

— Я цел и невредим. Эверли передает привет. Что происходит?

— Конечно, передает. Напомни мне надеть щиток, когда я увижу ее в следующий раз. — Он переключает меня на громкую связь, и его голос внезапно становится далеким, я делаю то же самое. Я больше не собираюсь скрывать от нее что-либо. — Я собираюсь отправить тебе кое-какую информацию и хотел предупредить. Ничего особенного, но я думаю, что отследил Винсента до Бельгии. Больше никаких следов в вашем районе. Возможно, он послал ту фотографию, чтобы ты сконцентрировал свое внимание на девушке, и он смог скрыться.

— Он прислал фотографию? Мою? — Эверли выходит из ванной, вытирая лицо полотенцем. Я вижу, как свежее облако страха накрывает ее.

Это то, чего я пытался избежать.

— О, привет, Эверли. — В голосе Таннера слышна настороженность. — Не надо меня ненавидеть, ладно? С твоим мужчиной нелегко, я просто пытаюсь его обезопасить.

— Айзек, Хранитель… — Она игнорирует Таннера. Ей нужно подтверждение от меня. — Винсент… Он…

— Я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось.

— Мы сейчас в опасности?

— Я справлюсь с этим. Вот почему я…

— Святое дерьмо. Боже мой. — Ее паника нарастает с каждой секундой.

— Эверли. — Ее имя звучит резко. — Я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось.

— Ты не можешь следить за мной каждую минуту. — Когда я просто поднимаю бровь, ее глаза расширяются. — О… Ты уже это делаешь.

Таннер прерывает нас, напоминая, что он все еще на линии.

— Ну, я пойду. Желаю удачи, приятель. Я сообщу, когда узнаю больше.

Я не свожу глаз с Эверли, ей нужно знать, что она в безопасности.

— Послушай меня. Я больше никогда не позволю, чтобы кто-то, кто мне дорог, пострадал. — Когда она подходит ближе, я обнимаю ее за талию и притягиваю к себе так, что она оказывается между моих бедер. — Мне все равно, что для этого потребуется.

— Что ты собираешься делать?

— Я сотру его с лица земли. Он все равно, что мертвец, прямо сейчас.

Ее глаза расширяются.

— Ты убьешь его?

— Да. Я, блядь, убью его. — В моей груди разливается тепло, прежде чем я понимаю, что взял ее руки в свои и прижал к своему сердцу. — Я убью его ради тебя.

Кончики пальцев впиваются в мою грудь. Ее глаза закрываются, а когда открываются, их синева становится твердой, как гранит.

— Хорошо.

Мои губы подрагивают. Это моя девочка.

Обняв ладонями мои щеки, она смотрит мне в глаза.

— Будь осторожен, хорошо? Я беспокоюсь о тебе.

— Не волнуйся. Это то, для чего я был создан.

Я должен был сделать это давным-давно.

Наступает вечер, и я укрощаю перед зеркалом упрямый локон, когда раздается стук в дверь.

Сердце подскакивает. Крутится.

Я смахиваю с глаз прядь своих русых волос, а затем провожу руками по серой толстовке с капюшоном. Мои нервы натянуты, как струна, когда я прохожу через гостиную и открываю дверь.

Джаспер приветствует меня, уперев руки в бедра и переминаясь с ноги на ногу.

— О… Ты не одета. — Он окидывает взглядом мои повседневные синие джинсы и кеды Converse, а затем поднимает его вверх.

Я хмурюсь.

— С чего бы это?

На Джаспере строгий костюм и галстук лазурного цвета с металлическим отливом, что говорит о том, что он ожидал чего-то более официального.

Он прочищает горло и улыбается.

— Неважно. Ты все равно выглядишь потрясающе.

Комплимент бумерангом проносится сквозь меня, как хаотичный пинбол.

Раньше я жила ради его комплиментов, будь то ласковое слово или игривый взгляд. Я наносила любимые духи Джаспера на место чуть ниже уха — нежную смесь медового яблока и нежного пиона. Он прижимался носом к моей шее, вдыхал мой запах, а я смеялась, потому что было щекотно.

Сегодня я не буду наносить духи.

— Спасибо, — бормочу я, не зная, как воспринимать нашу новую динамику. Поколебавшись мгновение, я беру свою сумочку с крючка на стене, и прохожу мимо него. — Куда мы направляемся? В нескольких милях отсюда есть милое кафе с отличным кофе…

— Я заказал столик в «Kaiyo».

Я моргаю, глядя на него, и направляюсь к выходу из комплекса.

— О. Это шикарнее, чем я ожидала.

— Я слышал, там вкусные суши.

Я не должна удивляться, что Джаспер забронировал нам столик в элитном ресторане. Он всегда был чрезмерным. Внешний вид имел значение. Но я не хочу, чтобы у него сложилось неверное представление о сегодняшнем вечере — это всего лишь деловой ужин бывших супругов, запутавшихся в паутине сложной истории, эмоциональных травм и душераздирающего предательства.

Совершенно непринужденный.