Во вторую неделю июня Тесс стояла в очереди в новом супермаркете Мэриголда с тележкой, наполненной ее обычным рационом полезных для здоровья продуктов - свежими овощами, макаронами, обезжиренным молоком и т.д. Она ждала, когда подойдет ее очередь, листая одну из брошюр, лежавших на полке вместе с жевательной резинкой и прочими мелочами, которые покупатели импульсивно добавляли в своим покупкам перед самой кассой. Брошюра была о снижении веса. И тут подкатила свою тележку и встала прямо за ней Нэнси Роузен.
- Выбрось ее, Тесс, - сказала она, увидев название книжки. - Ты все равно растолстеешь, тут уж ничего нельзя поделать, так что даже не обращай внимания на вес.
Тесс повернулась к своей рыжеволосой соседке и холодно взглянула на нее.
- Извини? - сказала она, надеясь, что ее холодность заставит разговорчивую особу держать свое мнение при себе.
Напрасно.
- Я сказала, - невозмутимо продолжила Нэнси, - что ты все равно растолстеешь, потому что ждешь ребенка и следить за весом бесполезно.
Тесс решила удовлетворить потребность женщины в болтовне.
- Моя диета не изменилась ни на йоту. С чего мне растолстеть?
Нэнси улыбнулась - Только с одного. С потребностей. Разве тебе еще ничего не захотелось?
- Нет, - ответила Тесс честно.
- Значит, у тебя еще впереди, - сказала Нэнси. - Когда я ждала Стефани, а потом Кристофера, - она взмахнула руками, - я семь месяцев сходила с ума по итальянскому мороженому и салями!
- Хорошо, значит, ты нуждалась в кальции и протеине, прокомментировала Тесс.
- Да, и объем моих бедер был шире, чем Род-Айленд, - продолжала Нэнси. - Даже потеряв избыточный вес, мое тело все равно никогда уже не будет прежним. Так что можешь попрощаться и с маленькой грудью тоже, детка.
Тесс закатила глаза. Нэнси Роузен никогда не обладала ни чувством такта, ни элементарной вежливостью, но зато она никогда ни о ком не говорила плохо. Тесс уже успела понять одну вещь - женщинам, родившим детей, доставляло огромное удовольствие делиться с подругами историями о собственной беременности. И выражения "избыточный вес" и "растяжки" в их разговорах всегда произносились с гордостью.
- А растяжки! - добавила Нэнси. - О, Господи, ты и представить себе не можешь!
Тесс слабо улыбнулась. Ее очередь наконец-то подошла, что вызвало у нее вздох облегчения.
Она повернулась, чтобы выложить продукты, надеясь, что разговор с Нэнси окончен.
Куда там!
- Тесс, - сказала Ненси, толкая свою тележку, ты уже записалась на занятия для будущих матерей? Начинать нужно как можно раньше. И нужно записать отца ребенка тоже.
Тесс подняла голову, чтобы увидеть то, что она и ожидала увидеть, вопрошающий взгляд.
И поощряющий кивок. Будь она ближе, Нэнси, без сомнения, потрепала бы ее по плечу.
- Мм, - пробормотала Тесс, игнорируя упоминания отца ребенка.
И тут Нэнси проговорила:
- Кто, кстати, отец ребенка? Мы все умираем от желания узнать.
Ну вот. Все-таки произошло. Тесс подошла к краю пропасти. Никто не поверит, если она скажет, что не беременна. Никто не верил, когда она убеждала всех в этом. Она уже не отвечает за свои действия. Жители Мэриголда довели ее.
Чтобы отвязаться от Нэнси, она сказала:
- Ты его не знаешь. Он не из Мэриголда.
Лицо Нэнси осветилось. Она получила новую информацию для мэриголдских сплетниц.
- Ты нас когда-нибудь познакомишь с ним? спросила она.
Тесс потянулась за кошельком и, выдержав паузу, взглянула на Нэнси:
- Вы, наверно, никогда не увидите его. Фактически, я не собираюсь с ним встречаться.
Женщина открыла рот от изумления, что получилось очень смешно.
- Но почему? - воскликнула она.
Тесс горько вздохнула.
- Потому что он участник программы защиты свидетелей, ему нельзя показываться.
Глаза Нэнси стали круглыми, как блюдца.
- Что?
Тесс вернулась к своим покупкам.
- Его защищает программа защиты свидетелей.
Наверно, теперь он продает обувь где-нибудь в Айдахо. Он не знает, что я беременна. - Для большего эффекта она прижала руку к животу и вздохнула еще печальнее, чем в первый раз. - Какая трагедия. Наш малыш вырастет, не зная своего отца.
На лице Нэнси появилось скептическое выражение. Но потом она произнесла:
- О, Тесс. Мне так жаль. Бедный малыш. Бедный малыш, у которого не будет отца.
Рот у Тесс раскрылся от изумления. Неужели Нэнси поверила в такую безумную, невероятную историю? Тесс могла до посинения убеждать всех в том, что она не беременна, и никто не поверил ни единому слову, а стоило сочинить совершенно невероятную историю, и в нее сразу поверили.
Как такое возможно?
- Нэнси, не...
Но женщина уже взмахнула рукой, перебивая ее.
- Не скажу ни единой душе. Тесс, - поклялась она торжественно. - Я понимаю, насколько деликатна твоя ситуация.
- Но Нэнси...
- И ты можешь рассчитывать на нас с Эдом, если тебе что-нибудь понадобится. Только дай нам знать, и все.
- Но Нэнси...
- Программа защиты свидетелей! Поверить не могу...
- Но...
- Я хотела сказать, такое происходит только в кино, не правда ли? И ты понятия не имеешь, где он? И он не знает о ребенке? Как ужасно!
