Лошади мчались по берегу Саванны со скоростью более десяти миль в час, поэтому уже через пару минут, когда Гримлер обернулся, чтобы бросить прощальный взгляд на здание Государственного астрономического союза, оно уже практически скрылось из виду, остались только лучи солнца, блестевшие на его поверхности, но и они скоро пропали. В ту же минуту, посмотрев в окна направо, он увидел на другом берегу селение индейцев, с которыми бывший астроном познакомился, когда ещё отправлялся в Союз. Некоторые из них были на открытом воздухе и увидели экипаж, но узнать, что вызвало среди племени коренного народа его появление и заметили ли они внутри Гримлера и Николаса, не удалось узнать, так как и хижины быстро пролетели мимо окон, и спустя ещё несколько минут экипаж очутился в городе и подъехал к гавани. Сидевшие внутри вышли и распрощались с кучером.
Обратный путь прошёл почти без приключений, разве что им двоим пришлось ждать четыре дня до того, как судно, которое должно отвезти их в Кале, пристанет к гавани Саванны, и эти четыре дня они провели в «Скромной обители». Когда они смотрели на постепенно отдаляющийся берег Соединённых Штатов, Николас повторил свой вопрос, но получил такой же ответ. Небо и барометр на протяжении всего морского пути не показывали и признаков шторма, поэтому к берегам Франции судно причалило благополучно. В Кале герои запаслись едой на последний отрезок пути и нашли станцию, давшую им экипаж. Гримлер сразу же расплатился с кучером, и через неделю он со своим слугой увидели огни Парижа (герои приехали в столицу, когда уже был поздний вечер, и на небе загорались первые звёзды. Гримлер попросил кучера остановиться у края Парижа, так как ему хотелось отдохнуть от этой поездки и прогуляться по городу, прежде, чем достигнуть своего дома.
И вот, 16 июля 1822 года, ровно через два года после того, как наши герои покинули свой дом, чтобы отправиться в этот незабываемый путь, который закончился там же, где и начался, они ходили по Парижу, смотрели на звёзды и разговаривали между собой.
– Эх, мой господин, вы пережили столько приключений по пути туда, несколько раз были на волосок от смерти, и всё это ради того, чтобы вновь оказаться здесь, будто бы ничего и не было…
– Когда я решил отправляться в Государственный астрономический союз, я ещё был слишком молодым, и меня весьма сильно прельщала возможность оказаться среди великих учёных умов, стать куском объединения, известного на весь мир, но сейчас я понял, что есть кое-что, что гораздо дороже славы.
Наконец Гримлер со слугой подошёл к своему дому и три раза постучал в дверь. Остальные его слуги ещё не спали, только что поужинали и находились ещё на нижнем этаже, поэтому, услышав стук, они подошли к двери, отворили её, и заметили своего хозяина и Николаса прямо на пороге.
– Наконец-то я попал домой, сказал Гримлер, и, переведя взгляд на слуг, добавил – Не ожидали ли вы меня увидеть в такую пору?
