— О нет, мне хватит, — запротестовала я, ощущая лёгкое головокружение, но клубный шум не позволил донести мне информацию до бармена, что уже увлёкся приготовлением нового заказа.
— А ты и правда какая-то напряжённая, так что не отказывайся от коктейля, — заключил Карим и улыбнулся мне ещё обаятельнее: — Я так рад, что мы снова увиделись!
— Я тоже, — искренне отзеркалила я, благодарная этому человеку, за то, что он, сам того не зная, вот уже второй раз помогает мне облегчить мои душевные терзания.
Карим настолько внятно, насколько позволяла ему это сделать клубная музыка, стал делиться со мной одной забавной историей, что приключилась с ним, когда он позавчера заехал в этот отель.
На смешном финальном моменте, я так сильно рассмеялась, что остатки нового коктейля в моей руке, выплеснувшись из бокала, попали прямо на ворот рубашки Карима.
Я извинилась, и, достав из сумочки влажную салфетку, протянула ему. Блондин поблагодарил меня и, нисколько не расстроившись, так же весело сообщил, что оставит меня ненадолго поскучать, ведь куда эффективнее будет промыть пятна от капель проточной водой в уборной.
Заиграл ремикс некогда популярного трека Röyksopp «What Else Is There?», и стоило Кариму отойти от меня, как я тут же почувствовала на себе пронзительный взгляд. Шестое чувство подсказывало мне, что это именно Азиз и, развернувшись, мои догадки подтвердились.
В своём деловом костюме такой необычайно красивый он стоял, прислонившись к выступу лестницы, ведущей на второй этаж, и смотрел на меня так, будто в этом зале была только я одна.
При виде Азиза, крылья, подаренные мне им, понесли меня в его сторону так быстро, как только разделяющие нас люди позволяли мне сквозь них пробираться.
Я была так рада, что он вернулся, что он жив и здоров и прямо сейчас мне всё расскажет.
Щёки потеплели, разрумянившись от выпитого и от предстоящей встречи — мне не терпелось обнять, вдохнуть его неповторимый запах, почувствовать, как сильные, но необыкновенно нежные руки Азиза долгожданно прижимают меня к себе.
Но когда я приблизилась к нему, то не увидела с его стороны подобного стремления. На невозмутимом лице мужчины, в которого я теперь была влюблена окончательно и бесповоротно, как обычно не угадывалась ни одна эмоция.
Он продолжал стоять и смотреть на меня так, будто ждал каких-то объяснений. А ведь это именно он задолжал мне историю.
Я заставила себя посерьёзнеть, ведь сейчас, как я ожидала, мы должны были преодолеть ту пропасть, что разделяла нас его молчанием. В реальности же Азиз находился всего в шаге от меня, и я, не желая к нему больше приближаться, так громко, как только могла, первая задала вопрос:
— Ну что, готов мне всё рассказать?
Лёгкий кивок его головы был больше похож на то, что он, в чём-то убедившись, подтвердил что-то сам для себя, чем на ответ мне.
— Пойдём со мной, — Азиз предложил мне последовать за ним на второй этаж в вип-зону, в которой мы были здесь в прошлый раз.
— Будешь что-нибудь? — поинтересовался он, когда мы разместились за столом.
— Буду. Правду, пожалуйста, — скрестила я руки на груди, давая понять, что настроена выяснить всё здесь и сейчас.
— Ангелина, помнишь, у нас был уговор, что…
— Да, помню, — нетерпеливо перебила я его, предчувствуя неладное, — с которым я не согласилась.
— Что я тебе всё расскажу, только в случае, если поездка будет успешной? — невозмутимо продолжал Азиз.
Размечталась… Он и сейчас мне ничего не скажет!
— Так вот, ничего не вышло.
А я ведь, как дура, до последнего думала, что наши отношения просто обязаны выйти на более доверительный уровень, но не тут то было.
— Дело пока всё ещё не сдвинулось с мёртвой точки.
От осознания своей полной капитуляции в этом вопросе, мою грудную клетку будто сдавило невидимыми тисками, не давая мне сделать полноценный вдох.
Тут же вспомнилась моя недавняя афера с видеозвонком — перед глазами встало обеспокоенное лицо беременной сестры, и вдобавок ко всему меня накрыло ещё чувством вины.
Стало до невозможности обидно — ведь я вру, заставляя нервничать своих родных, отдаю ему всю себя, а он не может мне выдать даже малую толику правды!
— Что ты на самом деле скрываешь, Азиз? Правда ли за меня боишься? Смешно! — я поднялась из-за стола, намереваясь уйти. — Вот она я вся перед тобой как есть — и душой и телом, а ты, кажется, просто пользуешься моментом. Ну да, ещё бы, ты ведь именно этому меня и учил…
— Нет, это не так. Лина, — он остановил меня, придержав за руку, и проникновенно посмотрел в мои глаза. — Прошу, спроси только то, о чём больше всего хочешь знать.
Моё сердце пропустило удар, потому что первой мыслью было выяснить: настолько же сильны его чувства ко мне, как мои?
И сразу стало очень больно, оттого, что если бы это было действительно так, то он незамедлительно бы разрушил эту стену неизвестности между нами.
Это он что, серьёзно сейчас? Разрешил задать мне всего один вопрос⁈
Я ощутила какой-то нехороший энергетический всплеск внутри себя, потому что всё это снова стало походить на какую-то безумную игру.
