Неолит Северной Евразии полностью

Даты С₁₄ убедительно выявляют явление неравномерности в появлении и развитии ранненеолитических культур на территории Евразии, фиксируют последовательные этапы неолитизации Ближнего Востока, Южной и Центральной Европы (Clark, 1965; Долуханов, Тимофеев, 1972, карты 1–8; Breunig, 1987, abb. 14), причем появление первых неолитических комплексов в материковой Греции и на севере и северо-западе лессовых равнин Центральной Европы разделено интервалом не менее тысячи лет. Даты неолитических комплексов Средней Азии[53] являются более ранними по сравнению с датами комплексов неолита более северных территорий и поздними по отношению к памятникам Ближнего Востока, где появление керамики относится ко времени около 8 тыс. лет назад (без «калибровки»), в отдельных случаях — несколько раньше, а четко определимые кости домашних животных появляются на большинстве датированных поселений около 9 тыс. лет назад (Breunig, 1987).

Датировки, имеющиеся для ранненеолитических комплексов различных регионов лесной полосы, фиксируют, что начало неолитизации лесной зоны Восточной Европы происходило примерно в то же время, что и появление первого неолитического населения на равнинах Центральной Европы (культуры линейно-ленточной керамики). Почти одновременное появление керамики на обширных территориях (судя по датам культур верхневолжской в центральных районах, нарвской в Восточной Прибалтике, сперрингс в Карелии и Финляндии) указывает, очевидно, на очень быстрое распространение навыков керамического производства. Судя по уже довольно многочисленным данным, появление первой керамики на юге Сибири и в Южном Приуралье произошло раньше, чем в лесной полосе Европейской части и примерно синхронно или немногим позже появлению керамики и элементов производящего хозяйства на юге Средней Азии. Можно предположить, что к этому же времени относятся и ранненеолитические комплексы степной полосы Восточной Европы, хотя даты степных неолитических памятников очень немногочисленны и раннекерамические слои в этом обширном регионе еще не датированы радиоуглеродным методом (даты Матвеева Кургана в Приазовье, на наш взгляд, относятся к периоду, непосредственно предшествующему появлению первой керамики). Распространение керамики в наиболее северных районах лесной полосы и на Крайнем Севере, судя по серийным датировкам неолитических памятников Кольского полуострова, ранненеолитических комплексов сыалахской культуры, подстилающих их комплексов позднего мезолита Якутии, произошло позднее, чем на более южных территориях.

Накопление данных по радиоуглеродной хронологии приближает решение вопросов синхронизации стратиграфических колонок культур смежных и удаленных регионов и установления хронологического соотношения локальных вариантов неолитических культур. Для наиболее изученной в отношении абсолютной хронологии Восточной Прибалтики серийными датами фиксируются временные различия локальных вариантов обширной нарвской культуры. Наиболее ранний, южный, примерно синхронен ранним комплексам верхневолжской культуры и датированным материалам культуры сперрингс Карелии, западный вариант существовал в литоральной зоне Литвы и Западной Латвии синхронно с комплексами культуры гребенчато-ямочной керамики Восточной Латвии и Эстонии. Культура гребенчато-ямочной керамики Восточной Прибалтики синхронна, судя по имеющимся датам, ранним комплексам волосовской культуры центральных районов лесной полосы, чему соответствуют и находки янтарных украшений, открытых на ряде волосовских памятников (Крайнов, 1987б). Необходимо отметить, что до настоящего времени недостаточно разработана линия синхронизации памятников культуры гребенчато-ямочной керамики Восточной Прибалтики и Финляндии: комплексы с керамикой стиля II, по А. Европеусу, в Финляндии имеют значительно более ранние даты С₁₄ (Jungner, 1979), чем стоянки с близкой керамикой в Эстонии и Восточной Латвии (см. также: Янитс Л., Янитс К., 1981).