Они встретились на следующий день, как и договорились на поле для гольфа. Для директора ЦРУ Артура Тёрнера это составило определённую проблему, ибо у его шефа были довольно эксцентричные привычки: Джокерд привык спать лишь четыре часа в сутки. Обычно он поднимался ещё до рассвета, читал утреннюю прессу, пил кофе, а затем каждое утро играл в гольф. Дворецкий, которого Джокерд привёз с собой из своего техасского имения, уже более двадцати лет работал у него и как-то приспособился к такому распорядку. А вот другим приходилось нелегко. При этом всем было известно, если на президенте надета белая бейсбольная кепка, значит у него доброе расположение духа. Если же окружающие видят красную кепку – это верный знак опасности. Ещё издали Тёрнер заметил, что сегодня президент выбрал красный цвет. Однако отступать было поздно.
Джентельмены в белоснежных костюмах поздоровались и сразу взяли в руки клюшки, чтобы сделать первые удары по мячу. Джокерд был заядлым спортсменом и не любил, чтобы разговор мешал игре. Он даже мобильный отключал на это время, и никогда не ездил по полю на голь-каре, только пешком. Нанося сильные точные удары Джэк бодрым шагом переходил от лунки к лунке, таскающий за ним сумку с клюшками служитель едва поспевал за ним. Тёрнеру тоже приходилось поддерживать спортивный темп ходьбы, к счастью, благодаря регулярным занятиям джогингом, шеф разведки находился в неплохой физической форме. Так что ни одышка, ни предательская боль в боку не омрачали ему настроения и не помешали возобновить незаконченный накануне разговор:
- Я уже говорил вчера, говподин президент, что наши новые русские партнёры в руководстве России разделяют наши базовые ценности на демократию и свободу. В отличие от прежнего президента и его администрации, они...
Джокерд хмыкнул что-то неопределённое и, сделав очередной снайперский удар, отправился дальше. Тёрнеру приходилось очень стараться, чтобы не отстать от собеседника и не послать мяч в пруд или в заросли травы, ибо они играли на площадке для игроков высокой квалификации.
- ...Так вот, - всё же догнав шефа возле очередной лунки, вернулся к прерванной беседе шеф ЦРУ, - наши новые друзья в России просят дать им немного времени, чтобы они успели урегилировать свои бизнес-интересы в Москве. А потом мы сможем провести запланированную акцию. А пока, чтобы как-то стабилизировать ситуацию в городе и не быть обвинёнными вашими противниками в преступном бездействии, надо послать оружие тем, кто блокирован в нескольких московских тюрьмах. Собственно в этом вопросе я солидарен с вашим советником по гуманитарным вопросам миссис Элизабет Макфлауэр. - В конце концов я тоже не вижу ничего плохого в том, чтобы уголовники и зомби взаимно истребляли друг друга. – Тёрнер произнёс это с философской с иронией. Джокерд хмуро покоился на него, и шеф ЦРУ немедленно стёр со своего породистого лица тонкую улыбку, снова став абсолютно серьёзным:
- Кроме того в Москве числялся без вести пропавшими 16 наших граждан в том числе трое дипломатов. Мы не можем санировать территорию, сперва не выяснив их судьбу.
- Хорошо, что конкретно вы предлагаете? – раздражённо произнёс президент и выругался, но так, будто причина в скверно получившемся у него ударе. Казалось, он вот-вот рассверипеет. Тёрнер же, словно гростмейстер, планомерно расставлял свои фигуры по доске в шахматном дебюте, подготавливая решающий миттеншпиль (в этой древней настольной игре, признанной мерилом интеллекта, опытнейший «рыцарь плаща и кинжала» мог бы дать сто очков форы своему помешанному лишь на своём примитивном гольфе визави). Для этого, устремив задумчивый взор на следующую лунку и примериваясь клюшкой по мячу, Тёрнер невозмутимо сообщил:
- Полагаю, пока нам следует продолжать консультации с их военными. Мы уже поставили российской армии по своим каналам три тяжёлые установки эксперименткального оружия. Теперь у нас появились портативные переносные образцы, мы и их можем поставить. Конечно, это следует делать неофициально, в обход конгресса, ведь всё ещё действует запрет на поставку русским любых военных технологий и оружия.
- И всё-таки мне не нравится то что происходит, - недовольство президента наконец прорвалось, словно созревший нарыв. - Ваши методы... я плохо их понимаю. Я размышлял о нашем вчерашнем разговоре и вот что я скажу вам, Артур: мне не по вкусу ваш подход. Я техасец на все 100 процентов, на все сто процентов! И предпочитаю честную игру. Даже во времена Дикого Запада, в самые жёсткие времена истории нашей страны, существовал определённый кодекс чести. Я не призываю решать дела по принципу американских дуэлей, когда побеждает тот, кто успевает первым выхватить револьвер из кобуры, но стрелять из-за угла и предательски травить противника мне не по душе. Ведь, если я вас правильно понял, вы говорите о приходе мафии к власти.
Тёрнер не спорил:
