Безвольные куклы, как бы банально не было это сравнение.
Они преследовали её. Травили, как дичь. И в этом им помогали мёртвые полицейские в окровавленной униформе. Те самые, которых застрелил командир и, впоследствии, застрелился сам.
Это человек в чёрном развевающемся, как крылья, плаще тоже был там, в её сне…
Сон… Это всего лишь сон.
Анжелика поняла и проснулась. Открыв глаза, девушка тут же скривилась от яркого света солнца. Утреннее солнце уже приподнялось над столичными улицами и сейчас беспардонно заглядывало в салон автомобиля, через лобовое стекло красного Volvo XC90.
Корф сонно щурясь, неприязненно сместилась подальше от пятна света на сидении, затем медленно села и непонимающе огляделась.
Автомобиль, в котором она всё это время спала, стоял у невысокого каменного забора, за которым поднималась пологая гора, вся заросшая мелкими деревцами и раскидистыми кустарниками.
По левую сторону, среди голых, заснеженных деревьев слегка тонул в сугробах и как будто норовил укрыться от посторонних глаз двухэтажный кирпичный дом.
Он также был обнесен невысоким и кое-где разбитым каменным забором. Ограда была явно декоративной — через неё мог без труда перемахнуть даже первоклассник.
Анжелика опасливо огляделась. Местность вокруг выглядела пустынной, дремучей и безлюдной.
А Полунина нигде не было видно.
Анжелика подавила нарастающее, как снежный ком, паническое чувство и заставила себя мыслить рационально.
Полунин явно вышел из машины самостоятельно, и его точно никто не похищал и не убивал. Да и если бы их, всё-таки, настиг Зорич (которого Анжелика про себя называла только «Флейтой») она бы точно уже не проснулась.
Значит Полунин знает эту местность.
Анжелика внимательно осмотрела засыпанную снегом округу, насколько позволял обзор из машины.
Девушка разглядела вереницу темных провалов в снегу, тянущуюся от асфальта к самому крыльцу дома.
А присмотревшись к дому, девушка увидела, что в одном из окон, на первом этаже зажегся свет.
Человек в окне поднял жалюзи и чуть приоткрыв окно, швырнул горсть хлеба на снег. Сидевшие на ветках синицы, с оживленным громким чириканьем стаей набросились на угощение.
А Корф, узнав человека в окне, ахнула, застыла на мгновение в шоке и поспешила выйти из машины.
— Какого чёрта здесь происходит?! — гневно, раздраженно и громко воскликнула она.
Выглядывающий в окно, на птиц, Гена, её любимый младший братец, так и замер с удивлением и растерянностью на лице.
— Лёнька-а! — закричал он, отъезжая от окна на своём инвалидном кресле. — Лёнька! Она проснулась!..
Гена скрылся из виду и его голос стих в глубине дома.
— «Лёнька»?! — переспросила Анжелика вслух.
Её младший брат зовёт Полунина «Лёнькой»? Они…
— «Они, что знакомы?! — мысль эта не могла уместиться в её тяжелой со сна голове».
Откуда? Как?.. Каким образом?!
Эти беспокойные мысли стремительно кружили в голове Анжелики, пока она, чертыхаясь, шла к дому по снежным сугробам. Девушка сталась наступать в широкие и глубокие следы от ботинок Полунина (как она предполагала) но это было не так просто: шаг у Леонида был куда шире, чем у неё.
Добравшись до дома, она хотела было постучать в темную деревянную дверь, но дверь перед ней, неожиданно, открыл незнакомый парень в элегантном костюме. На лице у него поблескивали очки в тонкой изящной оправе, из-под отливающих синевой линз на Анжелику пристально, но снисходительно смотрели равнодушные светло-карие глаза.
— Добрый день, — с подчёркнутой вежливостью произнёс юноша и посторонился, — проходите, вы как раз успели к завтраку, Анжелика.
Корф медленно вошла в дом, недоуменно, с лёгкой опаской покосилась на парня.
Она не могла понять откуда он её знает и сколько ему лет. Вроде совсем молод, выглядит как школьник или студент первокурсник, но ведёт и говорит, слишком уж по-взрослому.
— Позвольте вашу куртку, — Анжелика позволила ему снять с себя куртку, мысленно отметив у парня наличие манер, которые, в наше время, стали редкостью и почти исключением.
Она всё ещё не понимала, что это за место? Что здесь делает её младший брат? И где Полунин?
Впрочем, объект последнего вопроса, появился в коридоре, перед прихожей, как только Анжелика разулась и одела мягкие тапочки, вежливо предложенные парнем в костюме.
Полунин стоял в дверном проеме, разделявшем коридор и прихожую. Леонид был одет в серые спортивные штаны и белую майку.
В одной руке он держал бутерброд с колбасой и сыром, а в другой фиолетовую чашку, наполненную, судя по запаху, горячим кофе.
— Как спалось? — ухмыльнувшись, спросил Полунин и откусил бутерброд.
Запив еду кофе, он махнул рукой с бутербродом себе за спину.
— Пошли на кухню, перекусишь. У нас впереди хренова туча работы.
— Я не буду ничего делать, пока ты не ответишь на мои вопросы! — категорично заявила Анжелика.
Он подошла к Леониду и с претензионным видом, демонстративно сложила руки на груди.
Леонид, нарочито медленно пережевывая откушенный кусок бутерброда, рассматривал её изучающим взглядом и издевательски улыбался.
— Ладно, — проговорил он и снова сделал глоток кофе, — отвечу.
