— Слушай если ты сердишься, что я взял тогда вашу машину без спроса, то прости, — с показательной шутливостью, ответил он. — Но у меня был не велик выбор среди средств передвижения.
— Нет-нет, я не об этом, — торопливо заговорила Анжелика, — я просто… Я не понимаю, Леонид, откуда у Гены такие деньги? Чем вы с ним до этого занимались?
— Ни чем серьёзным, уверяю тебя.
— Если это было «ничего серьёзного», то за что ты платишь ему тогда такие суммы?
— Я?! — Леонида остановился и со смешком обернулся на Анжелику. — Так твой братишка сказал, что это я ему заплатил такие гонорары, что он смог купить четырехкомнатную квартиру с ремонтом, в отличном район и, в добавок, ещё дорогущий кроссовер, нашпигованный всем, чем только можно ещё и с дизайнерской обшивкой салона? Серьёзно?! Анжелика, Гена очень клевый спец, не смотря на свой сопливый возраст, но у меня тоже не десятки миллионов, чтобы я вот так баблом раскидывался…
Он насмешливо ощерился и развел руками.
— И если тебе интересно, мне он тоже не сказал откуда у него деньги на машину и квартиру. Но за всё время он получил от меня, пока что, чуть больше двухсот тысяч рублей и это почти за год, нашего с ним сотрудничества.
Он снова ухмыльнулся.
— Мне приходилось изворачиваться, чтобы через вторых и третьих лиц контачить с твоим брательником. Из зоны, знаешь ли, это не очень легко…
— Подожди, подожди, — Анжелику сейчас мало интересовали приключения Леонида в тюрьме, — то есть ты тоже не знаешь, где он достал сумму, достаточную для покупки квартиры, машины и, бог его знает, чего ещё?
— Без понятия, — заверил Анжелику Леонид. — Я его тоже пытался спрашивать, но он у тебя настолько же упрямый, насколько и смышленый — ни слова мне про это не брякнул. Прости. А теперь пойдем давай пойдём дальше, потому что эта свора рано или поздно проломиться через ту дверь и тогда нам придется туго.
Анжелика лишь рассеянно кивнула, сосредоточенно обдумывая услышанное.
Значит, Гена ей врал? Её младший брат, в наглую врал ей о своих доходах и источниках?
Анжелику это не особенно возмущало, ей, напротив, было страшно за брата. Она боялась даже представить во что он вляпался, куда ввязался и что ему за это угрожает?!
Ей оставалось лишь гадать о последствиях…
Шедший впереди Леонид вдруг выругался и проговорил, быстро и раздраженно:
— Гена меня за это, наверное, возненавидит, но я считаю, что тебе стоит знать правду.
Анжелика даже затаила дыхание, напряженно ожидая, что Леонид скажет дальше.
— Я имею привычку проверять людей, с которыми работаю. И я узнал, с помощью знакомого, бывшего сотрудника Управления «К», что Генка… Анжелик, ты только не истери, ладно?
— Говори! — звенящим голосом потребовала Корф.
— Ладно, — быстро сдался Леонид, — твой братишка, по сведением моего друга из органов по кибербезопасности, взломал компьютер какого-то важного человека из органов.
У Анжелики едва ноги не подкосились от нервной слабости, охватившей её тело, после услышанного.
— Насколько я понял, это какой-то прокурор… вроде бы. Но это не точно и заранее переживать не стоит. А теперь идём и побыстрее.
Он снова потащил её за руку, потому что теперь, Анжелика не могла сосредоточиться на их спасении — теперь все её мысли были о Гене, о том, что он натворил и как теперь из этого выпутываться.
Корф нисколько не сомневалась, что рано или поздно, тот, с кем связался её брат явиться к ним с местью. Тем более, если это прокурор…
— Гена, — слабо выдохнула Анжелика. — Что же ты делаешь…
МАРИАН МИРБАХ
Вторник, 24 марта, предрассветное время. Несколько часов, после отъезда Ники.
Он с некоторой завороженностью смотрел на опадающие снежинки и нервно потирал руки в перчатках.
После того, что случилось в его доме, то, что эта синеглазая племянница Сигизмунда Лазовского вытворила прямо у него на глазах, заставило Мариана бежать. Он начал лихорадочно готовиться к побегу, сразу после отъезда девушек.
Игнорируя монотонные вопросы Датского, Мариан, как ужаленный носился по дому, торопливо собирая всё необходимое.
Он распустил слуг, забрал векселя из небольшого сейфа, несколько важных контрактов и личный ноутбук.
Датский, наблюдая за беготнёй Мирбаха, только непонимающе хмурился. Но Мариан не мог ему объяснить, почему теперь ему, Мариану, нужно, как можно скорее покинуть не только дом, но и Москву. А в недалекой перспективе, возможно, и страну, но Мирбах пока и представить не мог, какое государство способно защитить его от гнева Собачьего Короля.
Шантос Йорга и его подручные имеют уши, глаза и даже «руки», в фигуральном значении, если не по всему миру, то в большинстве из ста девяносто восьми признанных государств.
И Мирбах отлично понимал, если Шантос возжелает его смерти, никакая полиция, армия или даже спецслужбы его не спасут. А если спасут, то ему всю жизнь только и останется, что жить едва ли не подпольно, как в бункере, не смея и нос на улицу высунуть.
