— Давай поговорим об этом в другой раз, — устало предложила Амалия. — Я не смогу тебе за одну ночь рассказать всё и обо всём. Сейчас я должна тебе объяснить, как использовать Око Мира. Для начала освободи свое сознание и мысли от лишних раздумий и тревог. А затем… мысленно представь улицы, которые ты видела за окном машины, представь птиц и животных — начинать лучше с них — и попытайся, как бы коснуться их, проникнуть в них. Звучит просто, я знаю, но тебе придется приложить усилие.
— Это больше похоже на воображение, — вздохнув, вмешался Стас.
— Воображение, Первых, имеет самую прямую связь с материальной стороной нашего мира, — возразила Амалия.
— Как много я сегодня узнал за одну ночь, — проворчал Корнилов.
У него зазвонил телефон, Стас приложил мобильник к уху.
— Подожди, Сеня, у нас… следственные мероприятия. Да, ты всё правильно понял. Я сообщу, давай.
Я попыталась последовать советам Амалии. Это было куда сложнее сделать, чем сказать и понять.
Я смогла заставить себя избавиться от лишних мыслей, гораздо труднее было пресечь исправно атакующие мое сознание воспоминания.
Собственно, до конца у меня это и не получилось, но…
Вот перед моим внутренним взором, в моем сознании я увидела улицы города, это был Лакинск, но… другой. Я будто наблюдала не от своего лица, не своим глазами и то ли со стороны, то ли… я в одном месте, и в тоже время повсюду, сразу.
Мне было крайне тяжело удерживать это состояние и несколько раз подобный «сеанс» прорывался. Я чувствовала, что сейчас пытаюсь обратиться к чему-то новому, что доселе не смела и не умела затрагивать.
— Ничего, ничего, — успокаивала меня Амалия, которая специально пересела назад и сейчас держала меня за руку. — Подполковник, у тебя есть молоко.
— Нет, но я сейчас достану, — быстро ответил Стас.
Он вышел из машины и скрылся за углом ближайшего дома.
— Куда это он? — удивилась я. — Ночь же, в этом городе может и не быть круглосуточных супермаркетов.
— Я думаю, это его не остановит, — Амалия усмехнулась и чуть сжала мою руку. — Попробуй, пожалуйста, ещё раз.
Я взглянула в яркую зелень её глаз. Женщина смотрела на меня внимательно, с волнительным изучением и сочувствием.
Кажется, она действительно, по-настоящему, переживала за меня и за результат моих действий.
— Не бойся, Ника, — проговорила она тихо, — со временем я расскажу тебе всё, что знаю сама. Ты справишься.
Последние слова почему-то прозвучали с очень уж искренней, почти молящей надеждой.
Я только сейчас осознала, какую, на самом деле тревогу испытывает Амалия. Она как будто знала, что надвигается нечто. Что-то невообразимо могущественное, монструозное… Что-то первобытное и кошмарное, к встрече с чем, ей и мне нужно быть готовыми.
Не это ли является основной причиной её появления?
Я попыталась снова. Всё происходило, как в предыдущий раз. У меня относительно неплохо получилось удержать свое сознание в новой, доселе неведомой ипостаси. Амалия то и дело подсказывала мне и учила, не отпуская моей руки. Я ощущала её нагнетающую тревогу, как свою.
Её содействие и сочувствие сильно помогали и придавали мне уверенности. Но больше всего мне помогало осознание того, что я больше не одна… Я больше не в состоянии один на один, со своими необъяснимыми способностями, страхами и кошмарами. Я больше не одна…
Я летела на улицами малолюдного маленького городка и всматривалась в улицы, переулки и искала кого-то чьи воспоминания я могла бы использовать.
Амалия говорила, что лучше использовать животных, птиц…
Продолжая парить над Лакинском, я увидела стаю местных ворон. Так… Амалия говорила мысленно представить, приблизиться, прикоснуться… Ладно, осторожно…
Тут я ощутила, что-то странное, воздух как будто уплотнился, мое движение замедлилось, а пространство вокруг стало упругим и неподатливым.
Я «надавила», усилила стремление.
Сквозь видение до меня долетали какие-то слова Амалии, кажется она пыталась мен о чем-то предупредить или предостеречь от чего-то.
Но стая ворон была близко, их сознание было почти доступно мне.
Я коснулась их… дотронулась до их сознания, до их мыслей и увидела их глазами…
Течение времени в городе с невероятной скоростью, пугающим водоворотом закружилось подо мной.
Мелькали фигуры людей, метались автомобили, гасли и зажигались фонари, окна домов и магазинов.
Это слегка, очень отдаленно напоминало перемотку на пленке видеокамеры.
Я не знаю по каким характеристикам и отличиям из всех машин в городе, я выделила одинокий грузовик «CAT» едущий мимо продуктовых магазинов города… Хотя, нет, знаю! Он выделялся, он очевидно был чужим для этой провинции. Весь, от колес до кабины. И него веяло, опаляющим и жарким чувством опасности.
Как от костра и раскаленного металла — от этого громоздкого грузовика, с высокими колесами, исходил давящий душный и обжигающий жар.
Это были они! И глазами местных ворон, я смогла проследить за движением этой огромной металлической туши, сошедший с конвейера заводов Caterpillar.
