Джексон описал романтические похождения Канто.
– Тяга к замужним женщинам позволяет предположить, что он получает удовольствие от всего запретного и наверняка не связывает себя какими-то обязательствами. С какого типа женщинами он встречается? – спросил Гонзалес.
– Успешными и независимыми, – ответил Джексон.
– Что вполне соответствует данному профилю.
– Тогда почему он их тоже не убил?
Однозначного ответа на этот вопрос у Гонзалеса не нашлось.
– Вдобавок ничуть не исключено, что в детстве у него были какие-то нарушения в отношениях с собственной матерью, – добавил он и, пообещав пробить Канто по своим базам, свернул разговор.
Джексон набрал Карнса, линия которого перманентно переключалась на голосовую почту. Оставил короткое сообщение, после чего его мобильник немедленно зазвонил: Броун.
Ожидая взбучки за то, что выступал от имени полиции, будучи отстраненным от должности и даже не имея служебного удостоверения, Джексон с удивлением услышал, что старший по расследованию нисколько не рассержен.
– Хотя было бы хорошо для начала поставить в известность меня и наш пресс-центр, – только и сказал Броун, добавив в голос предостерегающую нотку.
– Не было времени, – соврал Джексон. – Сам знаешь, как эти журналюги работают – волка ноги кормят… Как продвигается расследование? Есть какие-то прорывы?
– Как ты уже сам сказал, у нас есть несколько зацепок, которые мы отрабатываем.
– Не хочешь поделиться?
– Сейчас повторно опрашиваем знакомых Вики Уэйнрайт и Ванессы Бут. – Первых двух жертв, машинально отметил Джексон. – В частности, тех, с которыми они проводили время незадолго до своей гибели. Как только появится что-то осязаемое, сразу выйду на связь.
Джексон поблагодарил его за звонок и попробовал еще раз набрать Карнса.
– Прости, прости, прости, – сразу начал тот. – Я слышал твое сообщение, но не смог сразу ответить. Джелф стучит, как заяц на барабане. Что интересно, он знал Джордана Базвелла. Похоже, что тот оказался более крупной рыбой, чем всем представлялось, – был замешан в торговле кокаином.
– И это добавляет вес аргументу Броуна, что Базвелл был убит кем-то из криминального братства.
– Кстати, о криминальном братстве: сегодня в четыре утра мы взяли Нормана Пардоу. Сейчас его владения шерстят криминалисты по полной программе.
– А что Малай?
– Им собирается вплотную заняться Национальное криминальное агентство[60].
Джексон молча вознес благодарность богам. Хотя бы от Пардоу и албанских братков Айрис ничего не грозит – по крайней мере, на данный момент.
– Вчера вечером ты угодил в самую точку, Мэтт. Если и это не подвигнет Неона выползти из норы, тогда бог знает, что еще потребуется. Броун отдал приказ наводнить улицы полицейскими. Главная задача – максимально уменьшить Неону пространство для маневра. Едва он высунется, мы будем наготове.
– Броун по-прежнему намерен использовать женщин-полицейских в качестве приманки?
– Боюсь, что так.
Подумав о Киран Ша, Джексон неодобрительно хмыкнул.
– Ну ладно, что там у тебя стряслось?
Мэтт рассказал Карнсу про Фила Канто. О том, что их пути пересеклись в телевизионной гримерке, упоминать не стал.
– Видел его по телику, – перебил Карнс. – Что самое интересное, он хорошо знаком с Уэйном Гарднером.
– «Битву оркестров» организовывала звукозаписывающая студия Канто?
– Точно.
– Но его группа выиграла, – заметил Джексон. – Наверняка это против правил?
– Без понятия. Его правила, его группа. Меня больше интригует тот факт, что, как ты уверен, Канто приезжал к Базвеллу.
– Можешь все проверить, Мик? Прогнать Канто по базам и сверить через ВТСЛА[61], какие транспортные средства на него зарегистрированы?
– Уже занимаюсь.
Не успел Джексон съесть сэндвич, как Карнс перезвонил опять.
– Канто ездит на «Транзите», владеет мотоциклом и желтым леворульным «Мустангом».
Джексон ощутил резкий прилив адреналина. По правде сказать, все это было из области косвенных улик, но таковые частенько приводят к железным доказательствам.
– Бери его.
– Что мне сказать Броуну?
– Придумай какой-нибудь благовидный предлог. И проверь номера на фургоне – посмотри, не соответствуют ли они какому-нибудь «Транзиту», который въезжал в центр Бирмингема в интересующее нас время.
Джексон прождал, никуда не выходя, весь день. Расхаживал по квартире, нервничая, как молодой отец, ожидающий появления на свет первенца. Фил Канто пока что мало подходил к тому образу Неона, который давно уже сложился в голове, хотя думать так было глупо и опасно. Кому, как не ему, знать, что убийца может оказаться абсолютно любой наружности, характера и занятий. Здесь нет никакой общей мерки. Самая большая ошибка, которую может сделать любой детектив, – это попытка силой подогнать улики к преступлению. И во что бы ни хотелось верить, Джексон понимал, что у Фила Канто могли быть совершенно законные причины посетить Базвелла. Это вовсе не означало, что он его и убил.
