Джереми по-прежнему огорчен. Брови сдвинуты, скулы напряжены, он всем своим видом выражает сожаление. Я начинаю дышать чаще. Совершенно не могу смотреть на него, мне хочется бежать отсюда, что есть мочи, и больше никогда не возвращаться. Никогда не видеть Терезу, Джереми, остальных волков, вообще забыть о существовании оборотней. И если первое еще было можно воплотить в жизнь, то забыть волков я точно не смогу никогда. Я пыталась изо всех сил, но ничего не вышло. Меня словно нарочно кто-от возвращает к ним вновь и вновь.
Блэйк подходит ближе, еще ближе, он стоит вплотную, глядя на меня сверху вниз. Я обескуражена, напугана так, что даже не могу сдвинутся с места. Я слышу его тяжелое дыхание, ощущаю его тяжелый взгляд, который так сильно давит на меня, заставляя ежиться.
— Ты боишься меня, — чеканит Джереми. Ему не удается скрыть всю горечь в голосе, но я не понимаю, почему он так огорчен этим фактом.
Я поднимаю на нее безжизненный взгляд. Ощущаю себя маленьким зверьком, над которым всем своим телом навис хищник. Джереми вглядывается в мое лицо. Его чувственные взгляд проникает глубоко внутрь, словно он пытается разглядеть мою душу, мое эмоциональное состояние. Чувствую, как ноги становятся ватными.
— Ты боишься меня, — шепотом, но уже гораздо увереннее произносит парень, а я не в силах ни согласится с ним, ни противоречить. Я потеряла дар речи, продолжая неотрывно смотреть в карие глаза.
Я не знаю, что сказать ему, он все прекрасно видит сам.
— Что именно так пугает тебя? — Джереми разговаривает так, словно успокаивает маленького ребенка. Мне становится не по себе.
Я судорожно вздыхаю, пытаясь вернуть к жизни свои голосовые связки. Мой голос предательски дрожит, выдавая весь пой страх. Трусиха Грей!
— Ты непредсказуем, — хриплю я, тут же туго сглатывая. Каждое слово дается мне с немыслимым трудом. Что, если я скажу что-то лишнее, и в следующий момент от меня останутся одни кости?
Джереми делает ртом глубокий вдох, его глаза источают непонимание. Конечно, ведь не так давно я прогуливалась с ним по лесу, и меня совершенно не смущало то, что рядом со мной оборотень. Однако на тот момент я в полной мере не знала, на что он способен.
Парень наконец понимает, насколько сильно меня впечатлила картина его схватки с Терезой, и вновь хмурит брови. Он выглядит таким притягательным… и таким опасным.
— Я не причиню тебе боль, — хрипит Джереми, продолжая сверлить меня пронзительным взглядом. Я тяжело дышу. Мне и страшно, и трепетно одновременно, и я не понимаю, к чему склоняюсь больше.
Я делаю шаг назад и наконец осмеливаюсь поднять глаза на волка. Он напряжен. Я бы даже сказала, очень сильно напряжен. Почему для него так важно, боюсь я или нет? Мне ещё так много хочется узнать.
— Откуда я могу знать наверняка, что ты или кто-то из стаи в один момент вдруг не кинется на меня так же, как только что произошло это с Терезой? — Мой голос тверд и решителен, я стараюсь сделать как можно менее трусливое выражение лица. — Это было ужасно страшно, Джереми! Ну или может дело в том, что я слишком впечатлительный человек…
— Ты многого не знаешь! — Резко обрывает меня оборотень.
В растерянности я быстро дышу, обдумывая, как дальше продолжить разговор.
— Так расскажи, — говорю я, с вызовов глядя прямо в глаза Джереми.
Он мнется. Я читаю беспокойство в его глазах. Неужели я снова затронула что-то лишнее?
— Позже, — на выдохе произносит Джереми, и я понимаю, что на этом разговор закончен. Позже так позже. Не хочу настаивать, да и кто знает, как в конце концов поведет себя парень…
Я с полминуты молчу, затем закусываю губу и быстро киваю, отводя глаза. Мне хочется ухать отсюда, закрыться от внешнего мира. В голове снова творится полная несуразица, и как разгребать это я ума не приложу.
Мы садимся в машину, когда Джереми выезжает на дорогу, я с облегчением вздыхаю: меня наконец увозят подальше от места, в котором я столько всего натерпелась за сегодня. Однако, по правде говоря, опасность до сих пор со мной. Она находится по левую руку от меня и пристально наблюдает за дорогой, не решаясь сказать ни слова. Я тоже молчу. И в этом молчании было комфортно нам обоим.
Тучи сгущаются, и на какой-то момент меня накрывает невероятная тоска по теплому солнышку. Мне хватает серости в душе и настроении, было бы просто замечательно, если бы прямо сейчас из-за громоздких туч появился хотя бы один лучик света.
Джереми вдавливает педаль газа в пол, пользуясь тем, что впереди него нет других машин, и я резко вжимаюсь в сидение. Позволяю себе мимолетный взгляд на это невероятное создание. Точенные скулы, припухлость губ, суровый, но такой привлекательный взгляд. Подумать только, что это самое опасное существо на Земле.
— О чем ты думаешь? — Внезапно спрашивает Джереми, заставая меня врасплох. Я смущенно опускаю глаза на свои сплетенные руки на коленях.
— О том, что теперь уже ничего не будет как прежде, — бормочу я, стараясь как можно четче выговаривать слова. Мне не очень хочется разговаривать сейчас, поэтому если хорошо не постараться — получится непонятное мямлянье.
