Как и следовало ожидать, вчерашняя машина с водителем их не ждала. Дорога до аэропорта заняла примерно час. Пробки на дорогах были небольшими, но, тем не менее, из центра выезжали довольно долго. Конечно, хотелось бы побыть здесь подольше, погулять по историческому центру, заглянуть в Исаакиевский и Казанский соборы, погулять у Спаса на крови и вдоль каналов, посидеть в ресторанчике на Рубинштейна, но времени на это не было совсем. В машине дул прохладный, тихо работающий кондиционер, из стандартных, уже хрипящих, как чахлый дед, колонок старенькой Тайоты Карины играли обычные, встречающиеся на всех радиостанциях популярные песни. Водитель, поняв, что никакого диалога ему ждать не стоит, молча и внимательно вел машину, думая о чем-то своем. Макс рассказывал Тане про свою жизнь, про эту, трехмерную жизнь, а она слушала, и периодически улыбалась и поддакивала. За то время пока никуда не спешивший водитель довез их до аэропорта, Макс успел рассказать своей спутнице про детство, про то, как он чуть не разбился на мотоцикле в юности, про свои успехи и провалы во взрослом возрасте и даже про Аньку. Она же в свою очередь рассказала ему про то, как неудачно вышла замуж в двадцать лет, про свои однообразные выходные, которые она проводит, как правило, в одиночестве, про свою собаку по кличке Фокс и про эгоцентричных, алчных или просто глупых мужчин, которые ее окружают. Макс улыбался ей в ответ, иногда задумывался о чем-то, и было ощущение, что он даже не слушает её. Однако она продолжала рассказывать и надеяться, что до Макса дойдут те слова ее рассказа, которые она так старательно подчеркивала. Слова 'одиночество' и 'желание найти своего мужчину' были приоритетными в ее рассказе. Макс никак не реагировал на это. То ли он действительно не слушал её, то ли ему было все равно. Водитель, чей вид выдавал в нем смесь грузина, таджика, и волне возможно армянина, нет-нет, да и поглядывал на своих пассажиров. Со стороны могло показаться, что они только что, прям в этой машине познакомились и рассказывают друг другу о себе. Мужчина и женщина садятся, после только что проведенной ночи, в такси, едут вместе в аэропорт (вероятно и полетят куда-то вместе) и решают-таки познакомиться. Это Питер, тут такое запросто могло бы случиться. Хотя водителю, по большому счету, было плевать (может быть, они действительно недавно познакомились?). Когда водитель остановился у входа в аэропорт, его пассажиры уже закончили общаться и последние пару минут молчали.
Макс рассчитался, дав ему на сто рублей боль-ше оговоренной суммы за аккуратную езду, после чего, он вместе с Таней вошел в здание аэропорта, где уже заканчивалась регистрация на ближайший рейс до Москвы. Билеты они заблаговременно купили по интернету, а вот зарегистрироваться заранее забыли. Очередь была небольшой: двое немолодых мужчин, и женщина с маленьким ребенком, остальные пассажиры уже прошли контроль. По правде говоря, Макс не очень любил детей, но, стоя в очереди, начал смешно таращить глаза, надувать щеки и строить рожицы, чем неслабо повеселил трехлетнего пацана, который перед этим чуть ли не в истерике закатывался, держа маму за руку. И тут произошло ЧП: Тане приспичило сбегать в туалет, а очередь подошла незаметно быстро, и когда диспетчер по-просила документы, Макс был, мягко говоря, не готов к этому.
- Вы летите один? Регистрация почти закончи-лась, больше никого не приму. - Строго сказала черноволосая, молодая женщина, глядя в паспорт.
- Нет, с девушкой, - сказал Макс и легонько махнул головой на пустоту рядом с собой. Слава богу, что за Максом уже никто не стоял, потому что картина, которая развернулась за несколько минут, потрясла бы любого.
- Ой, извините, я вас не заметила, - улыбнув-шись, сказала диспетчер, глядя рядом с Максом, - просто уже неделю работаю без выходных...
Это была 'вуаль' второго уровня. В отличие от обычной 'вуали', которая изменяет внешний облик существующего, эта 'вуаль' создает несуществующее. То есть человек, обладающий этим навыком может внушить другому, что рядом стоит, например, самолет. Или, что он сам и есть самолет. Этакий быстрый, глубокий гипноз. Девушка диспетчер, вероятно, нашла общий язык с тем, кого она захотела увидеть рядом с Максом.
- Напарница заболела, другая в отпуске, - улы-баясь, разговаривала девушка с выдуманной спутницей Макса. Это было и забавно и странно одновременно.
А если ее 'диалог' попадет на камеры и кто-то решит просмотреть? Уволят ведь к чертовой матери ничего не подозревающую девушку.
- Нам пора, - отрезал Макс.
- Приятного полета.
- Спасибо, - сказал Макс, не оборачиваясь, и вполне возможно, что несуществующая Таня тоже по-прощалась.
