Роман о том, как мы будем жить в 2069 году, когда не будет как очень бедных, так и сверхбогатых, средняя продолжительность жизни перевалит за 100 лет, но при этом ресурсов сполна хватит на всех, исчезнут тайны, а вместе с ними и войны. Искусственный мегаразум будет оптимизировать логистические, юридические, производственные, вычислительные процессы, подчиняясь, в свою очередь, человеку. О нелёгких испытаниях, которые коренным образом изменят общественное сознание, благодаря чему такое будущее и станет возможным.Более мелким шрифтом публикуется рукопись автора, посвящённая символическому капиталу и делу в стиле тет-А-тет.Квинтэссенция этой работы – философское размышление о человеке,о сути и цели его бытия и особенно – о смысле тайны личной жизни. Приэтом, книга лучится позитивом, верой и видением светлого будущего человечества и убеждённостью в том, что людям всё по плечу, если они осознают непреходящую ценность знаний, творчества и, разумеется, Любви.
Книга первая
Посвящается Евгении Хохлатовой
Настал час X. Я сидел перед трибуной обвинения. Говорят, в момент оглашения приговора обиженная сторона больше всего желает посмотреть в глаза ответчику – проследить за реакцией угнетателя. У меня такого желания не возникало. Череда судебных тяжб, исков вымотала меня окончательно. В голове одна мысль – поскорее уйти отсюда и забыть обо всём. Забыть…
Вдруг луч яркого света теплой внезапностью ворвался в зрительное сознание, появилось странное покалывание в области век и носа, и, прежде чем проснуться, я сделал усилие воли, чтобы поощущать это волнующее подсознательное состояние.
Несмотря на это, открыв глаза, я не сразу понял, где нахожусь, и огляделся. Меня окружал приятный лесной пейзаж, впереди виднелись горы, взмывающие в ясную бесконечность голубого неба. Запах свежей травы и луговых цветов бодрил и радовал душу. Тихо звучала приятная музыка. Музыка… Белый луч света пробивался сквозь открытое окно. Окно? Да, там, в голубом небе, фигурировало небольшое круглое оконце… Позвольте, но как оконце, пусть даже и круглое, может быть в небе?! А, так это именно из него проникал яркий луч, только что щекотавший мне область третьего глаза!
Ну, всё понятно: я дома…
Как здорово, что я заказал эти обои именно в «Лансере»! Просто невероятно – они действительно делают самые реалистичные стены! Я произнёс про себя: «Эксвайдез, надо бы сегодня перед сном закрыть окно, чтобы, проснувшись, вволю понаслаждаться этим прекрасным видом на горы». Это ведь Алтай, где мы отдыхали с женой лет двадцать назад. Помню, я снимал этот вид на…
«Эксвайдез, ты поняла насчёт окна?» – переспросил я помощника шёпотом тихонько себе под нос, и, услышав утвердительный ответ в ушники1, уже громче произнёс:
– Жень, у меня идея. Пошли в музей Начала века?
– Лёша, мы же договорились, что ты будешь будить меня только электроскопом, – заспанным голосом прошептала моя избранница, – в нужную фазу сна. А чего это ты про прошлое?
– Ужасный сон приснился. Помнишь судебный процесс, когда у нас пытались отнять квартиру путём подмены документов?
– Дикие были времена…
– Вот и я подумал: как мы раньше жили? Было так легко врать и так трудно доказывать правду. И даже тогда, когда все понимали, что происходило на самом деле, без наличия доказательств, виновный преспокойно оставался на свободе.
– А сейчас ведь и тюрем-то нет…
– Конечно. Достаточно отключить человека от Неосферы, и он оказывается в своём собственном заточении…
Я спустил ноги с кровати и глянул через плечо.
– Смотри, какой ужас!
У изголовья медленно вращалась полноцветная объёмная фигура человека, чьё выражение лица было искажено обвинительно-уничижительной гримасой, пиджак вскинут в беспорядочном движении ткани, а сама фигура будто вылезала из какой-то тюремной форточки.
– Это только что распечатанный персонаж твоего сна? – поинтересовалась моя жена крайне удивлённым голосом.
Я взял в руки фигуру, осмотрел её со всех сторон и отчётливо произнёс: «Эсквайдез, покажи весь сон».
– Ерофеюшка, подключи меня к Лёшиному сну тоже, – попросила вслух Женя.
Мы вместе стали внимательно рассматривать «живые картинки», воспроизведённые моим компьютерным помощником по мозговым импульсам, ставя, где нужно, на паузу или проматывая назад.
– Всё понятно. Подсознание оживило твоё давнее воспоминание, к чему подтолкнул вчерашний спор с твоим коллегой из Коста-Рики, о котором ты мне рассказывал, весь взволнованный, – интерпретировала Женя. – Обрати внимание на фигуру. Не слишком ли ты подавляешь своё желание высказывать обвинительное мнение? Позволь себе осуждать, если есть такая необходимость. Не надо строить из себя святого, а то теневая фигура в твоём сне – видишь, какая неслабая? Интегрируй её, чтобы она не захватила тебя в самый неподходящий момент, когда ты этого не ожидаешь.
– Как я тебе благодарен, психолог мой любимый! Не буду строить из себя несогласного, знаю – бесполезно.
Я смял фигуру до размера детского кулачка и бросил в боковой карман распечатавшего её принтера. Тот моментально её проглотил и отправил на переработку, чтобы использовать для следующей печати.
– Ну чего, пойдём, тряхнём стариной?
– Ты про музей?
Я утвердительно кивнул головой и улыбнулся так, будто стою в самом центре Куликовской битвы, но живой и невредимый, потому что нахожусь в виртуальном пространстве.
– Нет-нет, – произнёс я, читая мысли своей жены. – Давай разомнём свои тела и отправимся туда не виртуально.
– Но я же ещё не проснулась. Тем более, Ерофеюшка говорит мне, что с моей физической активностью всё в порядке. Посмотри мои показатели.
Она сделала характерное движение двумя руками, и перед моим взором оказались графики и цифры в наглядном, объёмном виде.
