Обращает на себя внимание то обстоятельство, что в 1925/26 г. по всем спорным пунктам значительно уменьшился процент разрешенных в пользу рабочих; объясняется это тем, что в области зарплаты и других условий труда к началу 1925/26 г. мы дошли до такого уровня, при котором дальнейшее улучшение благосостояния трудящихся возможно лишь по мере общего роста хозяйственных ресурсов страны. Необходимо еще отметить, что по вопросам зарплаты и компенсации (при заключении колдоговоров) имеет снижение процента разрешенных в пользу рабочих; только по числу конфликтов, разрешенных в пользу рабочих, имеется увеличение процента (табл. 2.4).
Отсюда можно сделать вывод, что по этим спорным вопросам конфликты разрешались в пользу рабочих, преимущественно в крупных предприятиях, где зарплата наиболее отстала.
Таким образом, номинальная зарплата в крупной промышленности повысилась за полтора года на 24,5 %, а реальная зарплата – на 7,1 %). Движение зарплаты в цензовой (3) промышленности за 1925/26 г. представляется в следующем виде (табл. 2.6).
Как видно, номинальная зарплата увеличилась за год на 11,4 %, а реальная зарплата, имея во II и III квартале снижение максимально на 8,2 %, лишь в IV квартале восстанавливается на прежнем уровне с незначительным превышением его. Только соотношение между ростом номинальной и реальной зарплаты объясняется повышением цен на товары, принявшим особо резкий характер во II и III квартале 1925/26 г. Достигнутый к концу 1925/26 г. уровень реальной зарплаты в цензовой промышленности составляет…
Месячная номинальная заработная плата по всей государственной промышленности повысилась за отчетный период (по данным ЦОСа ГЭУ ВСНХ) с 39 р. 83 к. в I квартале 1924/25 г. до 54 р. 62 к. в IV квартале 1925/26 г., или на 37 %, а месячная реальная заработная плата с 23 р. 50 к. в I квартале 1924/25 г. до 27 р. 37 к. в IV квартале 1925/26 г., или на 16 %[43]
Государство не сразу стало реагировать на трудовые конфликты зарплатного характера. И только КЗоТ 1922 г. установил два способа разрешения дел о нарушениях законов о труде, в том числе и на «почве» зарплаты:
1) принудительный порядок – особые сессии судов;
2) примирительное разбирательство – в расценочно-конфликтных комиссиях, примирительных камерах и третейских судах (ст. 168 КЗоТ).
Государство не сразу стало реагировать на трудовые конфликты зарплатного характера. И только КЗоТ 1922 г. установил два способа разрешения дел о нарушениях законов о труде, в том числе и на «почве» зарплаты:
1) принудительный порядок – особые сессии судов;
2) примирительное разбирательство – в расценочно-конфликтных комиссиях, примирительных камерах и третейских судах (ст. 168 КЗоТ).
Также вводится уголовная ответственность за нарушение нанимателем, как частными лицами, так и соответствующими лицами государственных или общественных учреждений и предприятий, законов, регулирующих применение труда (ст. 133 УК РСФСР 1926 г.). Такая ответственность устанавливается и при нарушении нанимателем заключенных им с профсоюзами коллективных договоров, тарифных соглашений и соглашений примирительных камер, если при производстве дела в судебном или примирительном порядке установлен злонамеренный характер нарушения (ст. 134 УК РСФСР 1926 г.). Доказать такой мотив преступления было невозможно и политически опасно. Нанимателями были представители пролетарского государства. Поэтом ответственность выглядела как угроза, которая никогда не приводилась в исполнение. Не могла же власть судить сама себя, это противоречит природе всякой власти, а пролетарской, в особенности.
