- Не выдумывай! – нервно отбросил это предположение Дэхён, сам пытавшийся не сомневаться в девушке, которую полюбил. Но разве можно было вот так запросто отказаться от подозрений, с которыми привык жить? Нет, Рэй не из тех, кто будет врать, и делать постановки спектаклей в личном, она слишком прямая и слишком честная в любви. Да и никто не подозревает, что такое золотые, чтобы засылать в их ряды подставное лицо. И тем более уж любопытство бойца спецназа не может быть так велико, чтобы поставить на кон свою девственность, сбереженную до такого зрелого и трезвомыслящего возраста, лишь бы удовлетворить его.
- О чем задумался? – вывел его из логических заключений Гук.
- Уж точно не о том, что Рэй может быть шпионкой. Поехали ко мне, сам с ней нормально пообщаешься и убедишься.
- Ну нет, теперь я к тебе не поеду, - сидя встал в позу адвокат. – Слушать новые байки о том, какой я не мужик, что проебал Красную маску? – Ёнгук расплылся в улыбке и указал на Химчана. – Или рассказать, что я её не проебал и вот она? Или мы там просто подеремся. Нет, Дэ, я не поеду.
- Прекрати вести себя, как маленький дурачок, - махнул на него товарищ, отсев к Химчану.
- Кто? Я? – Гук устало и шумно вздохнул. – Допустим, я немного не в форме и некстати нетерпелив по отношению к тому, что мне кажется неуместным. И женщина, знающая, что и кто мы – это самое ненужное, что можно придумать.
- Она не арестовала меня, когда могла это сделать, - напомнил Дэхён о том, о чем мельком рассказывал приятелям.
- Кто знает – почему? Отпустила одну рыбешку, чтобы поймать в сети всех.
- Ты слишком мнительный.
- Именно это последние десять лет спасало мой зад.
- Ты не можешь заставить его выбирать между друзьями и любовью, - вставил Химчан, за что получил недовольный взгляд старшего двоюродного брата. – Разве тебя бы кто-нибудь отговорил жениться, когда ты хотел это сделать?
- Ты сравниваешь Херин с сотрудницей государственной службы? Из опасных и подозрительных связей у моей жены был только брат-киллер. Смею напомнить, что это ты.
- А у Рэй две подруги: одна тоже коп, другая журналистка, которая зачем-то следила за Ёндже, - улыбнулся Чоноп.
- Опля! – развел руками после того, как хлопнул в ладоши, Гук, радуясь подтверждению догадок. – Слышал?
- Копы такие же люди, чего вы привязались к её профессии? – не смог больше молчать Джело. – Почему такое принципиальное недоверие к людям в форме? Гук, мы знаем, что ты вырос в семье продажного прокурора, и в большинстве своём все эти государственные служащие, везде и всегда, продажны. Большинство, но не все! И не каждый согласен с тем, что делает. Почему бы не дать Рэй шанс? – Дэхён спрятал улыбку под кулаком, вспомнив, как накануне убеждал возлюбленную помириться с другом, прося дать ему ещё одну возможность доказать, что не все бандиты плохие. Проблема была в том, что ни Рэй, ни Гук не те люди, которые будут кому-то что-то доказывать. Они такие, какие есть.
- Мой отец не только продажный прокурор, - серьёзно и немного зло принялся объяснять Ёнгук. – Он предал родного брата, бросив дело золотых! Просто потому, что не хотел никому подчиняться. Он никогда не помогал Джунвону, из-за чего тот сидел в тюрьме, а в результате погиб, - извиняющимся взором покосившись на Химчана, который уставился в кружку с кофе и молчал, Гук продолжил: - А Джунвон был в десятки раз лучшим человеком, чем мой батя. И, знаешь, у меня есть причины не доверять непроверенным людям, когда даже самые близкие могут вставить нож в спину. Если бы я знал за Рэй что-то, что подтвердило бы вероятность взаимопонимания нашего мира и её, я бы подумал, но так…
- Так узнай её получше! – Дэхён поднялся. – Поехали, - он протянул руку Ёнгуку, чтобы помочь оторваться от седалища, не напрягая затронутых мышц. Кряхтя и недовольно пыхтя, строя из себя невинно избиенного, тот начал вставать.
- Нет мне, старику, покоя, - придерживая бедро, юрист поковылял к двери. – Ночь под одной крышей с монстром, убивающим одним взглядом…
- Если бы ты был здоров, я бы тебя ударил, - поддерживая его, пригрозил Дэхён.
- Ничего-ничего, твоя ненаглядная на это не посмотрит и воспользуется моей слабостью, чтобы добить, - он уже уходил, но удаляющийся голос продолжал сетовать: - Женщины всегда губят героев! Ты знаешь, как погиб Робин Гуд? Ему, пока он спал, сняла на ранах перевязку женщина, подкупленная его врагами, и он истек кровью, ох не нравится мне предстоящая ночевка…
