- Прости, рыжая, ты прелесть, - растянул лицемерную улыбку Ёнгук, с издевкой воззрившись на девушку.
- Ты тоже пупсик, - скрипнула зубами сведенной от натужной улыбки челюсти Рэй. Дэхён взял её за руку и потянул на кухню, уходя обратившись к другу:
- Располагайся поудобнее, мы сейчас вернемся! – заведя свою пассию в соседнее помещение, певец поставил её перед собой. – Послушай, ему и без того нелегко, отнесись к нему с пониманием, прошу тебя.
- А почему он должен ночевать у тебя? У него что, своего дома нет?
- Рэй, он не хочет, чтобы его жена волновалась, увидев простреленную ногу. Она не знает о том, чем он занимается.
- Он скрывает от жены свою деятельность? – В голове сразу засуетились подлые мыслишки, что золотые – это что-то очень плохое, раз скрывается даже от семьи. А Ёнгук и вовсе олицетворение лжи и вероломства. – Он обманывает жену?
- Не обманывает, а бережёт её нервы, - поправил Дэхён. – Я бы тоже никогда не сказал тебе, но вышло так, что ты узнала прежде, чем мы стали встречаться.
- И его половина, он надеется, не заметит, что у него появилась дыра в ноге? Или он тут не на один день? – Рэй задохнулась от предвкушения «веселых» деньков, увидев в лице возлюбленного неопределенность.
- Утром он уедет на работу, - поспешил вставить он. – А дальше посмотрим…
- Проще признаться жене во всём, - Женщина заняла позицию по защите интересов другой женщины. За правду.
- У них полугодовалая дочь, неужели нельзя понять, что нормальный мужчина огородит семью от лишних дрязг и переживаний? – начиная сердиться, блеснул глазами Дэхён. Рэй стала сдаваться, отступив. Вовсе не хотелось злить и заставлять улаживать конфликты Дэхёна. Но это огораживание, скрывание, спасение близких от проблем невероятной ценой… Как это всё отдавалось в душе! Сколько можно? Почему бы не спросить человека, согласен он делить любую участь или нет? Почему нужно прятаться не спрашивая, зачем? Если Гук не сказал супруге о том, что он состоит в банде, то он однажды может погибнуть, а она и не узнает. У Рэй защипало глаза, и она опустила лицо. Жестокость мужчин… они не дают узнать даже о том, где нашли свой конец, как погибли, не оставляют и следа после себя, и всё это якобы из заботы! А потом только домыслы и терзания до изнеможения: как, кто, где, когда?
- Я разогрею вам ужин, - тихо сказала она, понимая, что не даст Дэхёну ничего держать от неё в тайне. Если понадобится, то она приклеится к нему и будет преследовать, но будет знать каждый шаг, и не потеряет его.
- Спасибо, - расслабился он, взяв её ладонь в свою. – Вы поладите, нужно лишь чуть-чуть времени.
- И магии.
- Рэй… - с укором приподнял её подбородок Дэхён и поцеловал в губы. Закрыв веки, она на минуту растворилась в поцелуе, ощущая дрожь и усиливающееся желание остаться наедине.
- Ладно, волшебник, - полуулыбкой украсилась она. – Твоя магия работает.
- Моя волшебная палочка постарается сделать всё возможное, чтобы ты забыла всё плохое, - шепнул ей на ухо Дэхён.
- Твоё колдовство нравится мне всё больше. Особенно чудо-гаджеты.
- Дэ, у тебя вискарь есть?! – раздался окрик из зала. Скорчив недовольную мину от разрушенной атмосферы интимности, Рэй пробурчала:
- Твоей палочке ночью придётся очень постараться…
Надежда
Рэй поставила три тарелки на стол, но Ёнгук сразу же отодвинул от себя одну, ставя на её место поданные ему Дэхёном бутылку Jack Daniel’s и стакан.
- Спасибо, я не буду есть.
- Пьяница, - еле слышно проворчала девушка, убрав один комплект столовых приборов и положив вилки с ножами только себе и своему молодому человеку, но адвокат услышал и ответил так же тихо:
- Мегера.
- Приятного аппетита, - пронаблюдав это всё, вклинился хозяин квартиры, стараясь не терять выдержку.
- Приятного, милый, - положила ему под нос кусок лазаньи с гарниром Рэй. Обосновываясь в Нью-Йорке, она переходила на модные здесь рецепты и училась разнообразным блюдам, а не только корейским, в которых была дока.
- Гук, закусить-то возьми.
- А ты со мной выпьешь? – Дэхён покачал головой. Мужчина перевел настойчивый взгляд на девушку: - А ты? – задержавшись между плитой и столом, прежде чем сесть, Рэй сделала решительный жест и повернулась к полкам с посудой, вытягивая оттуда стакан для себя:
- Давай, наливай, - она протянула пустую ёмкость за ста граммами. Глядя друг другу в глаза, они слушали журчание золотящегося виски. Дэхён незаметно приложил ладонь к лицу. Ну просто «m'enage `a trois»!*
- Ладно, я тоже буду, только немного, - очередное бульканье наполнило очередной стакан. – Давайте выпьем за что-нибудь хорошее.
- За успех! – поднял Ёнгук руку и, кивнув, осушил залпом чашу.
- Смотря в чем успех… - помедлила пить Рэй.
- Во всех начинаниях, - не стал уточнять мужчина, наливая вторую порцию.
- Начинания бывают добрые и недобрые. Я не всем бы стала желать успеха.
- Лично мои чисты и прекрасны, как цветущая сакура у подножья Фудзи, - сострил Ёнгук.
- Ну, конечно, - хмыкнула Рэй.
- У нас с ним одни общие дела, - напомнил Дэхён, привлекая к себе внимание. – Неужели ты думаешь, что я вляпался бы во что-то недостойное?
