Прибыли почти по графику – небо на востоке уже посветлело, но река и ее берега были скрыты туманом. Самсонов руководил операцией из штаба, глядя на происходящее через камеру дрона, висевшего над караваном. Катера с десантом, получив команду, выполнили поворот влево «Все вдруг» и осторожно двинулись к берегу, раздвигая туман поднятыми аппарелями. В это время шедший за ними толкач с баржей двинулся справа от острова дальше и через десять минут доложил, что наплавной мост из лодок разрушен. На всякий случай крепость и гарнизон отрезали от дворцов. В принципе, особой необходимости в этом не было – штурмовать их не собирались. Однако решили, что заставить понервничать кагана и бека стоит. Пусть лучше приложат все силы к тому, чтобы обезопасить себя, нежели мешать нападающим.
Десяток Чибиса занял свои места по расписанию сразу после поворота катера к берегу. Двигатели старой «шестидесятки» негромко урчали, прогреваясь на холостом ходу. Чибис оглядел своих подчиненных. В его десятке отсутствовал пограничник. Он пошел на повышение и сейчас сам командует другим десятком. Ну, и правильно! Опыта и знаний ему не занимать, и, по мнению Чибиса, карьера его в этом мире только началась. Восстановит навыки, заработает авторитет у бойцов, и князь наверняка подыщет ему должность с большим объемом работы. Вместо пограничника в десантном отделении бэтээра сидел один из смоленских ватажников. Типа переводчик. Хотя за эти полгода уже все, кто общался с аборигенами, понимали язык и даже могли сносно разговаривать на древнеславянском. А те, кто был в командировках у голяди, еще и на древнелитовском балакали. Но все же аборигены знали больше наречий и, главное, обычаев. Хотя какие тут обычаи? Грабить идем!
Все, кроме ватажника, выглядели спокойными. Хотя Чибис чувствовал это по себе, адреналин уже начал поднимать температуру тела и пульс. Но скорее это реакция на БТР и отсутствие видимости. Давненько не приходилось работать с броней! Отвыкли! Сидели ведь не так, как было привычно в той жизни – не на броне, а под ней. Тут другие реалии – мин нет, а стрелы бесшумны, и стрелки все как один меткие. Ватажник, молодой парень, крутил головой, осваиваясь в тесном незнакомом пространстве. Выглядел немного бледным, но страха не показывал. Чибис, поймав его взгляд, дружески улыбнулся, поддерживая того. Тот ответил улыбкой, и тут катер ткнулся в берег. Секундами позже упала аппарель, и Жора, ставший на время операции водителем бэтээра, с криком «Ну! Поехали!» воткнул передачу. Взревели моторы, и БТР резко прыгнул в воду. Тут же крутанулась башня пулеметной спарки – штатный пулеметчик десятка, севший на кресло наводчика, осматривал окрестности через прицел башенных пулеметов.
БТР, воя двигателями на низшей передаче и буксуя в прибрежной глине, выполз на берег.
– Давай, Жора! Дави на газ! Вперед! За зипунами! Сарынь на кичку!
– Давлю! – Жора переключил передачу, и машина ускорилась. – Командир! Бронезаслонки закрывать будем?
– Пока нет. Если стрелять начнут – тогда!
– Командир! – включился в разговор бас водолаза. – Нам зипуны ни к чему! Нам бы баб найти!
– Ну, это как повезет! И кому повезет! И всем надеть респираторы!
Хотя всем десантникам и сделали прививки от множества возможных болезней, респираторы были не лишними.
