«Можно и так сказать». Помирились, значит. Не, ну все сходится, она реально с ним закрутила! Не знаю, что ею двигало, но явно не адекватность. Надо будет поговорить, потому что это реально какой-то пиздец. Даже я с ним до сих пор общаться после всего не хочу, она-то куда?
Но поговорить с Лизой не выходит: мы вообще не пересекаемся целый день. То ли она специально меня избегает, то ли просто совпало так, но мелочь в огромном черном свитере на горизонте не появляется.
Я, честно говоря, поддавшись порыву, даже после пар заглядываю в раздевалку, где обычно торчит Гаврилова по полчаса, укутываясь в верхнюю одежду, но ни самой Лизы, ни ее куртки там не нахожу.
Ладно.
Прыгаю в тачку и пишу Ксюхе, что уже еду. Как раз минут через двадцать буду на месте, где договорились встретиться. Надо выкинуть лишние мысли из головы и сосредоточиться на самом важном, потому что времени до встречи с тренером остается катастрофически мало, а решение я все еще не принял.
Решаю набрать Ксюхе, чтобы предложить пойти не в кофейню, как договорились, а куда-нибудь нормально пожрать, потому что очень хочется, но после шести долгих гудков в трубке звучит явно не ее голос.
— Здравствуйте. Вы звоните Ксении Савельевой? — раздается женский голос, и если бы не странный вопрос, решил бы, что это мама. Похоже очень.
— Да, что происходит? Где Ксюха?
— Не волнуйтесь, с Ксенией все в порядке. Я ее лечащий врач. Она упала в обморок, и я не хотела бы оставлять ее одну, потому что, когда она очнется, будет еще слаба. Если вы близко знакомы, может, подъедете? Или знаете, кто может приехать прямо сейчас?
— Скоро буду.
Я не вижу ни черта. Мне плевать на все. На переходы, на цвет светофора, на штрафы и даже собственную жизнь. Я разворачиваюсь через двойную сплошную, на пару секунд выезжаю на встречку и мчу в клинику, благо та находится совсем недалеко.
В голове только две информации: Ксю без сознания и номер кабинета на втором этаже.
Перед глазами проносятся самые нерадужные картинки, которые я безуспешно пытаюсь от себя отогнать. Она болела? Почему молчала? Что вообще, блядь, происходит.
Прилетаю через минуту, бегу по коридорам в двадцать шестой кабинет, отмахнувшись от злой медсестры, которая требует снять верхнюю одежду и натянуть бахилы. Мне плевать на бахилы, честно, мне вообще сейчас на все плевать.
Врываюсь без стука, вижу Ксюху, и сердце замирает. Лежит бледная, мелкая такая, как будто я в семье старший, а не она. Но доктор вроде спокойна, поэтому пытаюсь не паниковать. Усаживаюсь рядом, глажу все еще спящую Ксюху по волосам и вижу, как доктор достает из шкафчика ватку и пузырек. Ну неужели.
— Не волнуйтесь вы так, все в порядке. Вот, дайте ей понюхать.
Ксю очухивается сразу, как только подношу нашатырь к носу, но встать ей не даю. Кто вообще так подрывается после обмороков?
Все еще ни черта не понимаю, а когда доктор спрашивает, не я ли папа, запутываюсь еще сильнее. Какой папа? Ксюхи?
— Нет, это мой брат. — Сеструха смотрит на меня со странной улыбкой. Головой не ударялась, когда падала? — Тем, я беременна.
Твою. Мать.
Охуеть. Это просто… Что?
Она от этого сознание потеряла? Ну, в целом это лучший из вариантов, которые вертелись в башке, пока я ехал. Хотя такого я даже предположить не мог.
Они что-то говорят, записывают, а я вообще прийти в себя не могу. Моя Ксюха беременна. Это ж… Да с ума сойти! Я не могу понять свои эмоции, но это просто какой-то полный звездец. В хорошем смысле, конечно.
Врач оставляет нас одних, мы немного болтаем с Ксюхой, и путем нехитрых вопросов оказывается, что ребенок от мужа, что уже хорошо, и что первым о событии узнал я. Вот это уже очень приятно. Этим можно гордиться? Я буду.
Ксюха ржет, когда за руку веду ее к машине, которую со страху на клумбе припарковал. Нет, а в чем дело? Я бежал спасать сестру.
В кафешке мы болтаем обо всем на свете, но я больше жру, потому что голодный как слон. Давно не виделись с Ксю, соскучился дико, и настроение из дерьмового вырастает до приятно хорошего. Даже забываю о том, что хотел спросить у сестры совета по поводу предложения о работе.
Выходим сытые и довольные через пару часов, нужно отвезти Ксюху домой, чтобы спала и… И что там еще беременным делать надо?
— Тем, ехать далеко, я такси вызову.
— Ага, как же. — Она что, совсем ку-ку? — А если попадется какой-нибудь неопытный? Все кочки словит или, например, лететь будет. Не-не, Ксюх, я тебя никому не доверю. Цепляйся за руку и пошли к машине.
— Ладно. — Ксю смеется, но перечить не решается, и правильно. Как она себе представляет, я ее пузатую в лапы другого водителя отдам?
Так. Стоп.
Останавливаюсь, поворачиваюсь к сестре и осматриваю с головы до ног. Живота нет.
— Ксюх… а живот где? — задаю логичный вопрос. Беременная, значит, с пузом, не?
— Господи, Тема, — сеструха смеется, я, правда, не знаю с чего, но радуюсь, что ей хотя бы не плохо, — живот не с первых дней появляется! У меня еще очень маленький срок, ну ты чего?
— Да ну, что я тебе, каждый день изучаю беременных, что ли?
Кстати, надо резинок купить. От греха подальше.
