Неписанная любовь (ЛП) полностью

Его губы подергиваются, когда он заносит мой багаж в холл.

— Ты забыла, что я твой босс?

— Ха. Должно быть, это вылетело у меня из головы, когда ты начал со мной флиртовать, — я прохожу внутрь, слегка покачивая бедрами.

Нет ничего приятнее, чем видеть, как его щеки окрашиваются в розовый цвет.

— Я не флиртовал, — он не запинается на словах, что впечатляет, учитывая его взволнованное выражение лица.

Теперь уже я ухмыляюсь.

— Хорошо.

— Я серьезно.

— Конечно.

— Будешь продолжать в том же духе, и я снова тебя уволю.

— Нет, не уволишь, потому что это я тебе нужна.

Он не подтверждает мои слова, но мы оба знаем, что это правда. Рафаэль доказал это новым контрактом, который включает в себя повышение зарплаты, снижение нагрузки с шести до пяти дней в неделю и щедрое выходное пособие, если он сочтет нужным расторгнуть наш договор.

Его новые условия обеспечивают не только финансовую, но и эмоциональную безопасность. Он явно пытается учесть мои слова о том, что меня не ценят, и за это я ему благодарна.

Когда я направляюсь в сторону кухни, на меня обрушивается запах свежеиспеченного печенья и слабый намек на бекон, а мой желудок издает возмущенный звук.

— Голодна?

— Вообще-то, умираю с голоду.

— Надеюсь, именинник тоже, потому что я приготовил слишком много еды, — он потирает затылок.

— Нервничаешь? — спрашиваю я.

Он опускает руку.

— Это так очевидно?

— Нет, — вру я.

Его глаза сужаются.

— Очевидно.

— Все будет хорошо.

— С ним было… трудно.

— Ну, в конце концов, он твой сын.

Он бросает на меня взгляд.

— И что это значит?

— Ты умный парень. Уверена, ты разберешься.

— Ты думаешь, я умный?

— Не ведись на комплименты. Это непривлекательно.

На его лбу появились хмурые морщины.

— Мне было любопытно.

— Мое мнение? Вау. Тебе, должно быть, очень одиноко, раз уж ты хочешь услышать мое мнение.

Небольшая розовая полоска на его шее заставила меня усомниться в том, что он сказал правду о своем любопытстве. Трудно поверить, что такой миллиардер, как Рафаэль, может быть настолько застенчивым, чтобы искать поддержки у других, но, в конце концов, он тоже человек.

Иногда.

Бросив прощальный взгляд, Рафаэль направляется в комнату Нико. Я следую за ним по коридору, который ведет к спальням в задней части дома.

Рафаэль останавливается перед дверью, обклеенной постерами с комиксами, и отходит в сторону, чтобы уступить мне место. Не желая портить сюрприз на день рождения Рафаэля, я тихо стучу в дверь.

— Уходи! — кричит Нико. — Я не хочу глупых блинчиков на день рождения в этом году.

Рафаэль вздрагивает рядом со мной. Он пытается скрыть это, смещая свой вес, что только заставляет меня сочувствовать ему еще больше.

Я хочу испытывать к нему неприязнь, особенно после той боли, которую он причинил нам с Нико, уволив меня, но не могу найти в себе силы даже попытаться. Он может вести себя холодно и равнодушно, но он все еще человек с чувствами, целями и страхами. Он не сможет учиться на своих ошибках, если я не дам ему шанс.

Рафаэль смотрит на злодейские постеры Скотоса, Эребуса и Эйдолона, приклеенные к двери, и страдания прилипают к нему, как вторая кожа. Если мы войдем в спальню с таким видом, Нико наверняка снова замкнется в себе, так что мне нужно попытаться его развеселить.

Я притворно вздыхаю, прежде чем прошептать:

— Никаких блинчиков? Все хуже, чем я думала.

Рафаэль даже не смотрит в мою сторону. Я хватаю его за руку и оттаскиваю от двери Нико, чтобы он не подслушал наш разговор.

— Я знаю, ты говорил, что все серьезно, но я даже предположить не могла, что отношения между вами настолько испортились. И что дальше? Никакого праздничного торта?

— Я рад, что тебя все это забавляет.

Что ж… Непростая публика.

— А что, если я скажу тебе, что могу сделать так, что ты будешь выглядеть героем в его глазах?

Он усмехается.

— Ну, конечно.

— Ты сомневаешься во мне?

— Не в тебе.

— Тогда в ком?

— В себе, — его слова пронзают меня насквозь, и я тянусь и сжимаю его напряженный бицепс.

Легкое покалывание, распространяющееся по руке от прикосновения, заставляет меня слишком быстро отпустить его.

— Все наладится.

— Как? Его состояние не улучшится.

— Нет, но вы оба сможете встретить неизвестность вместе. Как команда.

Хмурый взгляд Рафаэля рассеивается.

— В последнее время мы не выглядим как команда.

Его слова проделывают дыру в моей груди.

— Может, и нет, но это не значит, что вы не можете снова стать единым целым.

Его долгий выдох заполняет тишину.

— Просто доверься мне.

Его взгляд встречается с моим, и на кратчайшую секунду я вижу человека, который прячет свои страхи и боль за жестким взглядом и бесконечной хмуростью.

Я вижу его, и, черт возьми, меня охватывает желание заключить его в объятия и пообещать, что все будет хорошо.

Но потом я вспоминаю, как легко он оттолкнул меня, и желание утешить его сменяется настоятельной необходимостью защитить себя от новой боли.

Я отворачиваюсь и прочищаю горло.

— Готов?

Он кивает.

Я стучу второй раз.

— Я сказал, уходи! — Нико кричит достаточно громко, чтобы его было хорошо слышно через дверь.