Как только Ли отправился контролировать установку предупреждающих знаков вдоль железнодорожного полотна, я собрал ключевых членов экспедиции за технической палаткой, скрытой от посторонних глаз.
— Слушайте внимательно, — начал я, понизив голос до шепота. — У нас есть максимум сутки-двое, прежде чем японцы заинтересуются нашими работами вплотную. Необходимо за это время получить неопровержимые доказательства наличия нефти.
Я развернул план участка, где карандашом уже отметил ключевые точки.
— Бурение начнем сегодня ночью, после ухода Ли в лагерь. Для маскировки шума используем прохождение товарного состава по расписанию в двадцать три пятнадцать. Основную буровую установим здесь, — я указал на углубление у насыпи, скрытое от наблюдателей с холмов. — Воронцов, вы отвечаете за техническую сторону. Оборудование должно быть готово к двадцати двум часам.
— Буровая будет в полной готовности, — кивнул Воронцов. — Замаскируем под сваебойную установку. Днем начнем демонстративно забивать несколько пробных свай вдоль насыпи для поддержания легенды.
— Архангельский, вы руководите непосредственно бурением, — продолжил я. — По вашим расчетам, на какой глубине ожидать первые серьезные признаки нефтеносности?
— По структуре осадочных пород, наблюдаемых в обнажениях ближайших оврагов, первый перспективный горизонт должен залегать на глубине от ста восьмидесяти до двухсот двадцати метров, — ответил геолог. — Но при удачном стечении обстоятельств мы можем получить нефтепроявления и раньше, особенно если попадем на трещиноватые зоны.
— Значит, необходимо пройти как минимум двести метров, — подытожил я. — Воронцов, сколько времени займет бурение на такую глубину?
— При непрерывной работе и отсутствии осложнений — около тридцати шести часов, — ответил инженер. — Но в условиях маскировки, когда мы можем бурить только ночью, потребуется минимум три-четыре ночи.
— У нас нет столько времени, — я задумчиво потер подбородок. — Придется рискнуть и ускорить процесс. Александров, организуйте дополнительное прикрытие. Необходимо обеспечить возможность продолжения бурения и в дневное время, хотя бы частично.
— Можем использовать двойное прикрытие, — предложил Александров. — Днем проводим показательные работы по забивке свай в стороне от основной буровой, создавая достаточно шума для маскировки. Одновременно развертываем второй пост наблюдения дальше по линии, чтобы контролировать приближение посторонних.
Я удовлетворенно кивнул:
— Хорошо. Теперь о разведывательной группе. Кравцова, вы с Перминовым и стариком-маньчжуром отправляетесь к месту предполагаемого естественного выхода нефти. Официально для расширения зоны геотехнических изысканий. На самом деле, для подтверждения информации о поверхностных нефтепроявлениях. Если обнаружите что-то значительное, немедленно сообщите, но без лишнего шума.
— Понятно, товарищ Краснов, — кивнула Кравцова. — Для связи используем световые сигналы. Три коротких вспышки фонаря означают «обнаружена нефть», две вспышки «возвращаемся в лагерь», одна длинная — «опасность».
— Идеально, — одобрил я. — И последнее. Все должны четко знать, что делать в случае внезапной проверки японцами.
Я достал из планшета несколько сложенных листов:
— Здесь подробная инструкция для каждого члена группы. Основной принцип. Никто не проявляет нервозности, все действуют согласно легенде. Воронцов, вы при появлении японцев немедленно переключаетесь на демонстрацию свайных работ. Архангельский показывает результаты геотехнических изысканий, акцентируя внимание на проблемах с дренажем. Александров обеспечивает незаметное прикрытие буровой установки под видом размещения строительных материалов.
Мой инструктаж прервал внезапный окрик одного из рабочих:
— Товарищ начальник! Японский патруль на восточной дороге!
Я быстро свернул карту и кивнул собравшимся:
— По местам. Действуем строго по легенде. Как раз, проверка нашей готовности.
Наша группа мгновенно рассредоточилась, занимая заранее определенные позиции. Я неторопливо направился к разгруженному оборудованию, делая вид, что проверяю комплектность.
В утреннем мареве на восточной дороге действительно виднелся японский патруль. Трое вооруженных людей на мотоциклах, медленно едущих в направлении лагеря. Они остановились на холме примерно в полукилометре и заняли наблюдательную позицию, не приближаясь к нам.
— Не обращайте внимания, продолжайте работу, — негромко скомандовал я рабочим, нервно подглядывающим на японцев. — Это обычная проверка.
Воронцов тем временем организовал показательные работы по установке сваебойного оборудования вдоль насыпи, намеренно создавая впечатление активной деятельности. Архангельский с теодолитом проводил показательные измерения, время от времени делая пометки в журнале.
— Товарищ Ли! — громко позвал я китайского инженера. — Подойдите, пожалуйста. Нужно решить, где размещать основную платформу для буровой… то есть, для сваебойного оборудования.
