«Экономист» поместил аналитическую статью, в которой отмечалось: «Советская модель может стать альтернативой капиталистической экономике в условиях мирового кризиса. Сочетание планирования и стимулирования дает впечатляющие результаты.»
Американский «Форчун» опубликовал интервью с лордом Клементсоном, в котором тот заявил, что: «Советский эксперимент заслуживает серьезного изучения. Некоторые элементы их системы могли бы быть полезны и для западных стран.»
Но особенно меня порадовала статья во французском «Ле Мон». Известный экономист профессор Сорбонны Пьер Дюпон писал: «Большевики нашли философский камень экономики — способ примирить общественный интерес с личной выгодой. Их успехи заставляют задуматься о будущем капиталистической системы.»
Вскоре начали поступать предложения о расширении экономического сотрудничества. Британские компании предлагали совместные предприятия в области машиностроения. Французы проявили интерес к закупкам советских товаров. Даже американские бизнесмены, несмотря на отсутствие дипломатических отношений между странами, выражали готовность к торговому сотрудничеству.
Особенно активны оказались немцы. Крупные промышленные концерны предлагали обмен технологиями и организацию совместного производства. Представитель концерна «Сименс» прямо заявил в беседе с Микояном: «Ваша система управления производством нас очень заинтересовала. Мы хотели бы изучить ее возможности для наших предприятий.»
Летом 1933 года в Москву прибыла крупная делегация американских промышленников во главе с Элбертом Гарри, председателем совета директоров «Дженерал Электрик». Несмотря на отсутствие официальных отношений между СССР и США, Вашингтон дал разрешение на эту поездку.
Встреча с американцами проходила в Доме Союзов. В просторном зале с колоннами и хрустальными люстрами собрались представители ведущих советских предприятий, ученые, партийные деятели.
Гарри, жилистый мужчина с энергичным лицом и пронзительными серыми глазами, говорил без обиняков:
— Мистер Краснов, ваша страна произвела настоящую революцию в экономике. Рост производительности труда на пятьдесят процентов за год — это феномен, который требует изучения.
— Господин Гарри, мы создали экономическую систему, которая освобождает творческий потенциал человека. Когда люди заинтересованы в результатах своего труда, они способны на многое.
— Мы хотели бы организовать обмен опытом, — продолжил американский промышленник. — Возможно, создание совместных предприятий или проведение стажировок ваших специалистов на наших заводах и наоборот.
Это предложение вызвало оживленную дискуссию. Микоян высказался за расширение торговых связей. Орджоникидзе проявил интерес к американским технологиям. Киров предложил начать с обмена научными разработками.
В конце встречи Гарри сделал неожиданное заявление:
— Мистер Краснов, некоторые американские экономисты считают, что элементы вашей системы материального стимулирования могли бы быть полезны и для американской промышленности. Особенно в условиях продолжающейся депрессии.
Я почувствовал, что наступает исторический момент. СССР впервые со времен революции признавался западными экспертами как источник экономических инноваций.
— Господин Гарри, — ответил я, — мы готовы делиться опытом. Прогресс человечества не знает национальных границ. Если наши достижения помогут другим народам, мы будем только рады.
После отъезда американской делегации ко мне обратился Литвинов, нарком иностранных дел:
— Леонид Иванович, международный резонанс ваших экономических реформ превзошел все ожидания. Мы получаем запросы на сотрудничество от двадцати семи стран. Даже враждебно настроенные к нам государства проявляют интерес к экономическому опыту СССР.
— Это открывает новые возможности, Максим Максимович. Экономические связи лучший способ укрепления мира и взаимопонимания между народами.
Литвинов достал из портфеля несколько документов:
— Поступило предложение о проведении в Москве международной конференции по вопросам экономического планирования и стимулирования. Инициатива исходит от группы европейских экономистов при поддержке Лиги Наций.
— Интересно, — я задумался над этим предложением. — Что думает товарищ Сталин о расширении международных экономических контактов?
— Товарищ Сталин относится положительно. Он считает, что экономические успехы должны работать на укрепление международного престижа СССР.
К концу 1933 года стало очевидно: Советский Союз превратился в центр притяжения для экономистов и промышленников всего мира. Наша система стала объектом пристального изучения и подражания.
Французские промышленники создали специальную комиссию для изучения советского опыта. Британские экономисты основали общество «Друзья советской экономики». Даже в фашистской Германии некоторые деятели втайне изучали принципы ССЭС.
