Члены Президиума ЦИК, высшего органа государственной власти СССР в период между съездами Советов, занимали места за большим столом, покрытым зеленым сукном. Председательствовал «всесоюзный староста» Михаил Иванович Калинин, пожилой человек с бородкой и в пенсне, напоминавший земского учителя дореволюционной эпохи. Но эта простецкая внешность скрывала опытного политика, одного из старейших большевиков.
Присутствовали все высшие руководители страны — члены Политбюро, наркомы, председатели высших судебных и контрольных органов. В первых рядах сидели директора крупнейших предприятий и представители общественности. За их спинами расположились журналисты центральных газет.
Я сидел в первом ряду, готовясь к своему выступлению. Рядом со мной находился Молотов, человек, которого мне предстояло сменить на посту председателя Совнаркома. Он выглядел совершенно невозмутимым и держался с достоинством.
— Объявляю заседание Президиума Центрального Исполнительного Комитета Союза Советских Социалистических Республик открытым, — произнес Калинин, постукивая карандашом по столу. — На повестке дня один вопрос — об изменениях в составе Совета Народных Комиссаров СССР. Слово предоставляется товарищу Сталину.
Сталин поднялся на трибуну. В отличие от многих партийных ораторов, он говорил негромко, без излишнего пафоса, с характерным грузинским акцентом. Но в этой сдержанной манере чувствовалась огромная внутренняя сила.
— Товарищи! Центральный Комитет партии обсудил вопрос о руководстве Советом Народных Комиссаров и принял решение рекомендовать Президиуму ЦИК освободить товарища Молотова от обязанностей Председателя Совнаркома СССР.
Он сделал паузу, затем продолжил:
— Товарищ Молотов проделал большую работу на этом посту, но сегодня, в условиях развернутого социалистического наступления по всему фронту, требуются новые подходы к руководству советским правительством. Центральный Комитет рекомендует на пост Председателя Совнаркома товарища Краснова, зарекомендовавшего себя как талантливого организатора и экономиста, создателя социалистической системы экономического стимулирования.
Сталин говорил еще примерно пять минут, перечисляя мои заслуги и объясняя важность внедрения ССЭС в масштабах всей страны. Закончил он так:
— Политбюро считает, что товарищ Краснов сможет обеспечить более эффективное управление народным хозяйством и ускорить темпы социалистического строительства.
После Сталина выступил Молотов. Его речь была краткой и формальной. Он признал обоснованность критики в свой адрес, согласился с решением ЦК и выразил уверенность, что я справлюсь с новыми обязанностями. В его голосе чувствовалась горечь, но он сохранял выдержку.
Затем слово предоставили мне. Поднимаясь на трибуну, я ощущал историческую значимость момента. Человек из будущего становился главой правительства СССР начала 1930-х годов, получая возможность изменить историческую траекторию огромной страны.
— Товарищи! — начал я, обводя взглядом зал. — Принимая на себя обязанности Председателя Совета Народных Комиссаров СССР, я полностью осознаю огромную ответственность, которая ложится на мои плечи. Руководить советским правительством в период развернутого строительства социализма — ответственейшая задача, требующая полной самоотдачи и глубокого понимания стоящих перед страной проблем.
Я сделал небольшую паузу, затем продолжил:
— Главную задачу нового состава Совнаркома я вижу в обеспечении ускоренной индустриализации страны на основе социалистической системы экономического стимулирования. Эта система, одобренная Политбюро и лично товарищем Сталиным, доказала свою эффективность на экспериментальных редприятиях. Теперь нам предстоит внедрить ее в масштабах всей страны.
Я перешел к конкретным задачам:
— Во-первых, необходимо разработать новую систему планирования, которая сочетала бы централизованное руководство с инициативой на местах. Во-вторых, создать эффективный механизм материального стимулирования трудящихся, делающий каждого рабочего и инженера заинтересованным в результатах своего труда. В-третьих, обеспечить техническое перевооружение промышленности на основе новейших достижений науки и техники, как отечественных, так и зарубежных.
Я говорил около получаса, подробно излагая программу действий нового правительства. Особое внимание уделил вопросам повышения обороноспособности страны, развития тяжелой промышленности, создания новых промышленных комплексов на Урале и в Сибири. Затронул и аграрные проблемы, подчеркнув необходимость материального стимулирования колхозников, внедрения новой сельскохозяйственной техники, применения научных методов ведения сельского хозяйства.
Закончил я свое выступление так:
— Товарищи! Перед нами стоит историческая задача — превратить СССР в мощную индустриальную державу в кратчайшие сроки. Мы должны решить эту задачу, чтобы обеспечить независимость нашей страны, укрепить ее обороноспособность, повысить благосостояние трудящихся. И я уверен, что с помощью социалистической системы экономического стимулирования мы сможем это сделать!
