— Орджоникидзе лично следит за вашим пробегом. Особенно его заинтересовали результаты работы дизеля в экстремальных условиях.
Он достал из портфеля папку с документами:
— Здесь предварительное решение о серийном производстве. Но есть одно условие. Нужно продемонстрировать машину морякам. Северный морской путь остро нуждается в надежной технике.
В этот момент к нам подошел седой человек в морском кителе с золотыми нашивками:
— Капитан первого ранга Седов, — представился он. — Завтра выходим в порт, посмотрим вашу машину в деле. У нас как раз разгрузка леса намечается.
Весть о предстоящих испытаниях быстро разлетелась среди команды. Велегжанинов тут же засел за расчеты, бормоча что-то про особенности работы в портовых условиях.
Но пока нас ждал торжественный вечер. Клуб водников был переполнен. В президиуме сидели представители горсовета, морского ведомства, начальник порта. Первым слово взял секретарь окружкома:
— Товарищи! Сегодня мы чествуем героев автопробега. Пять тысяч километров по зимним дорогам — это настоящий подвиг во имя индустриализации!
Марелли, в новом костюме, но все еще кутаясь в шарф, делал записи для итальянских газет. Джонсон внимательно слушал переводчика. Наша команда сидела в первом ряду, усталые, но довольные.
После официальных речей начались награждения. Каждому участнику вручили именные часы и грамоты. Особо отметили работу механиков во время переправы через Северную Двину.
Варвара, получая награду, неожиданно для всех взяла слово:
— Знаете, когда мы выезжали из Москвы, многие сомневались, справится ли женщина с такой дорогой. Но наша команда доказала, что в большом деле нет мужской или женской работы. Есть общая цель и вера друг в друга!
Зал взорвался аплодисментами. Особенно громко хлопали работницы лесопильного завода, пришедшие на встречу.
После торжественной части был банкет. Марелли, окончательно согревшись, пел итальянские песни. Джонсон, к удивлению многих, исполнил «Дубинушку», которую выучил за время пути. Велегжанинов, забыв об обычной чопорности, танцевал с местными девушками.
Поздно вечером мы с Варварой вышли на набережную. Северная Двина была скована льдом, но в порту горели огни. Шла ночная погрузка леса.
Над портом взлетела сигнальная ракета. Начиналась новая смена.
Где-то в морской дали ревел пароходный гудок. Архангельск жил своей обычной трудовой жизнью, а мы стояли на набережной, глядя на звезды.
За спиной раздались шаги, это Бережной пришел звать нас обратно в тепло гостиницы. Но еще несколько минут мы стояли, вдыхая морозный воздух и слушая, как потрескивает лед на северной реке.
Утро в порту встретило нас густым туманом и пронизывающим ветром с Двины. Было около шести часов, когда наш «Полет-Д» въехал на причал лесного терминала. Несколько грузовых пароходов уже стояли под погрузкой, их темные силуэты едва проглядывали в белесой мгле.
Седов ждал нас у складских помещений вместе с начальником порта Рыбниковым и группой технических специалистов.
— Задача такая, — Седов развернул схему погрузочных работ. — Нужно обеспечить бесперебойную подачу леса от складов к пароходу «Молотов». Расстояние около трехсот метров, грунт неровный, местами скользкий. Работать придется по двенадцать часов без перерыва.
Звонарев внимательно осмотрел трассу движения:
— Уклон приличный. Как раз проверим тяговые характеристики.
Я поручил Варваре проверить топливную систему, а сам с Бережным занялся креплением погрузочной платформы. Через полчаса «Полет-Д» был готов к работе.
Первые часы прошли в напряженном ритме. Машина курсировала между складом и пароходом, перевозя тяжелые сосновые бревна. Дизель работал ровно, без перебоев. Варвара постоянно следила за показаниями приборов:
— Давление масла стабильное, температура в норме. Расход топлива даже меньше расчетного.
К полудню погода прояснилась, и на причал прибыла комиссия из морского ведомства. Они внимательно следили за работой двигателя, замеряли время погрузки-разгрузки, проверяли расход топлива.
— А теперь самое сложное, — сказал Седов. — Нужно поднять груз по мокрому бревенчатому настилу. Уклон градусов пятнадцать.
Бережной уверенно вывел машину на подъем. Дизель чуть изменил тон, но уверенно потянул полную загрузку вверх. Члены комиссии переглянулись.
Около двух часов дня начался самый напряженный этап работы. Бригада грузчиков под руководством бригадира Мокрушина ловко укладывала тяжелые сосновые бревна на платформу «Полета-Д». Каждое бревно весило не меньше центнера, влажная древесина поблескивала на солнце.
Бережной виртуозно маневрировал между штабелями леса, едва не касаясь бортами сложенных бревен. Его любимая довоенная фуражка намокла от водяной взвеси, но он, казалось, не замечал этого, полностью сосредоточившись на работе.
— Давление масла четыре и две десятых, — докладывала Варвара, не отрывая глаз от приборов. — Температура стабильная, восемьдесят три градуса.
Велегжанинов с секундомером в руках засекал время каждого рейса, что-то записывая в блокнот. Звонарев и Руднев помогали грузчикам с креплением бревен.
