Силуэт Дариена побледнел и задрожал, точно пламя почти истаявшей свечи. Я вставила диск в паз, и загорелся последний символ.
Силуэт Дариена мигнул в последний раз.
– Да несет вас по жизни на своих крыльях черная голубка, – прошептал он.
Я помертвела.
Призрак взорвался.
Орудие с каждым мигом раскалялось все больше, пока не начало обжигать мне руки. Я едва замечала это, пара лизованная последними словами Дариена.
Да несет вас по жизни на своих крыльях черная голубка.
Я выронила цилиндр, и он покатился по полу, заливая все вокруг светом из странных символов.
Я подумала об остальных духах.
О девочке в желтом платье, защищавшей свою куклу с диском внутри.
О словах Миллисент в колодце: «Я больше ничего не позволю вам у нас забрать».
О призраке фокусника, клявшемся, что он пытался сохранить доверенное ему, перед тем как я его уничтожила.
О диске, спрятанном в комнате, которую охраняли духи десятков мертвых детей, и о словах мальчишки с кувалдой, внутри которой он был спрятан: «Если я буду хорошо следить за тем, что принадлежит ему, он вернется за мной».
И о Дариене Ширсе, маньяке-убийце, который спрятал цилиндр в основании электрического стула, на котором его казнили, о духе, который знал секретную фразу, которую использовали члены Легиона.
Охраняли ли духи части Орудия с самого начала, или руки Андраса протянулись дальше, чем мы думали? Может, Дариен слышал, как кто-то из членов Легиона произнес эти слова, и просто повторил их?
Теперь, когда я уничтожила его при помощи своей специализации, спрашивать было уже поздно.
Я уничтожила его при помощи своей специализации.
В спешке рассыпая соль, я натерла ею запястье. Я представила, как на моей коже проявляется последняя часть печати, и нарисовала в своем воображении, как она образует единое целое с частями, пульсирующими на руках моих товарищей.
«Что я почувствую, когда стану одной из них?»
Я еще раз взглянула на Дьявольский Капкан, чтобы точно удостовериться в том, что в нем ничего не осталось. Не было никаких сомнений в том, что я уничтожила дух Дариена.
«Но в самом ли деле я загнала в капкан дьявола?»
Я ждала, когда на моем запястье наконец проступят заветные линии, надеясь, что это будет не очень больно. Я всматривалась, не обращая внимания на зовущие меня знакомые голоса, пока из глаз на идеально гладкую кожу не закапали слезы.
По стене побежала трещина, уничтожая точное изображение Орудия, пока настоящее каталось по полу. Я попыталась поднять его, но лишь до пузырей обожгла пальцы. Камера содрогнулась, в стенах что-то зарокотало.
Может, это гнусное место сейчас обрушится и мне не придется выходить из камеры Дариена и смотреть в глаза людям, которые верили, что я – это не просто я.
– Кеннеди?
Я обхватила колени руками и стала ждать, что перестанет дрожать раньше – я или здание.
Железный засов со скрежетом отодвинулся, и Джаред рывком поднял меня на ноги.
– Ты что? Нам нужно уходить отсюда.
Я молча протянула ему запястье. Чистую кожу еще припорашивал тонкий слой соли.
На красивом лице Джареда отразилось замешательство. Я сунула руку в карман и снова натерла кожу солью, глядя на приближающихся Лукаса с Аларой.
Все было тщетно.
Лицо Джареда исказилось.
Лукас провел пальцами по соли:
– Ничего не понимаю. Она нарисовала Дьявольский Капкан. Она уничтожила призрак Дариена. Мы все видели это своими глазами.
– Моя метка появилась не сразу. Подожди еще немного, – сказала Алара.
– Призрак Дариена уничтожен, – произнесла я, изо всех сил стараясь, чтобы не дрожал голос.
Алара покачала головой:
– Что-то пошло не так.
Только не в этот раз!
– Может быть… – начал Джаред.
– Я – не та, кто вам нужен.
У Джареда перехватило дыхание, и он накрыл мою руку своей.
– Должно быть какое-то другое…
Я взглядом заставила его умолкнуть.
– Этому есть только одно объяснение, и мы все знаем какое.
Пол под нашими ногами вздыбился, потолок пошел трещинами.
Джаред потянул меня за руку, не разжимая пальцев, которые по-прежнему были сплетены с моими. Наши тела почти соприкасались.
– Это не имеет значения.
Предо мной снова стоял тот Джаред, с которым я была в стене – который держал меня в объятиях и доверил мне свою самую большую тайну. Джаред, которому я тоже могла доверять.
Я покачала головой:
– Мы оба знаем, что имеет.
Лукас попытался схватить с пола Орудие.
– Не трогай! – крикнула я запоздало.
Он отдернул пальцы, едва только они коснулись металла.
– Что за чертовщина?
Алара накинула на Орудие куртку и попыталась поднять его, но оно обожгло ей руки даже сквозь материю, и она выронила его.
– Слишком горячо.
– Нужно уходить. Быстрее.
Джаред подтолкнул их к двери, увлекая меня за собой.
Перед входом в камеру столбом стоял Прист. В лице у него не было ни кровинки. Он схватил Джареда за руку и захлопнул тяжелую железную дверь.
На нас дождем хлынули бетонные обломки, но мы точно приросли к полу. Буквы на табличке с именем «Дариен Ширс» на наших глазах дрогнули и расплылись, превращаясь в нечто другое.
– Бежим! – закричал Лукас.
