Дэймар вдруг отступил, словно ошпарившись. Мне же стало необычайно холодно и одиноко. Пусть вернется, продолжит, не останавливается!
— Нет, я так не могу. Это слишком.
— Не понимаю, о чем вы?
Лэнс ненадолго прикрыл глаза, поднял свою одежду и с лицом, полным сожаления, сократил между нами расстояние. Жених в странной нерешительности прикоснулся к моей шее чем-то шершавым, заставив вздрогнуть.
— Простите, — оторвал Лэнс от меня руку, в которой находился бледно-желтый камень. — Я вас задурманил еще там, в парке. А вот он нейтрализует магию, но с побочным эффектом: вы, скорее всего, не вспомните эту ночь.
Я встряхнула головой, освобождаясь от наваждения. Задурманил? Разум и вправду словно очистился, однако в памяти жили поцелуи, прикосновения, мое… развратное поведение. Я взяла артефакт и хотела просто рассмотреть его со всех сторон, но остановилась взглядом на оголенной груди жениха. В пальцах закололо от желания снова к ней прикоснуться. Он наклонился, чтобы поднять штаны.
— Нет, не одевайтесь.
— Лучше не стоит. В вас говорит неудовлетворенность. Тем более эта ночь вылетит из памяти, да и пару дней ничего не решат. Я сделаю все нормально, объясню…
— Тшш, — приложила я пальцы к его губам, а после дотронулась до шеи, опустила руки к груди Лэнса.
Кто же знал, что от обычных прикосновений можно получить столько удовольствия? Да и непонятно, что мною руководило: то ли желание поддаться эмоциям, которые последние дни приходилось подавлять, то ли намерение окунуться в омут чувств, лишь бы позабыть недавнее предательство, то ли близость красивого мужчины. Я заглянула жениху в глаза, а затем потянулась к губам и поцеловала, сама, не робея и собираясь в данный момент получить от него все возможное.
Первые секунды Дэймар сдерживался, явно собирался остановить меня и уйти. Но так длилось недолго. Вскоре у него словно сорвало крышу. Он вмиг стянул с меня сорочку, подхватил на руки и отнес в постель. А там уже не осталось возможности трезво мыслить: нежные слова на ухо, поцелуи даже там, куда Лэнсу дотрагиваться нельзя, и тихие стоны. Сперва мне было не по себе. Следовало сдерживаться, не показывать свою слабость перед ним, но вскоре все оказалось пустым. Только прикосновения, приятное напряжение и тяжелое дыхание возле уха.
И даже пронзившая тело боль померкла на фоне всего остального. Я не представляла, что можно получить такое блаженство от обычного единения тел, о котором в приличном обществе не говорили.
Дыхание еще долго не становилось ровным, а колени не переставали трястись.
— Вижу, точно не боитесь, — усмехнулся Дэймар, упав рядом на бок.
— Ну и зачем все портить? Разве после такого можно обращаться на «вы»?
— Думаю, нет, — поцеловал меня мужчина в висок.
— Это словно раскрыть душу, а потом сделать вид, будто ничего не было. Даже как-то оскорбительно.
— Извини, обещаю больше так не поступать, — погладил мое плечо Лэнс. — А сейчас я должен уйти, чтобы ты выспалась и отдохнула. Иначе одним разом не закончится.
— А разве нельзя повторять это снова и снова? — внутренне сжалась я, не желая лишаться его приятных объятий.
— Можно, но после первого раза лучше не стоит, — вновь поцеловал он меня в висок и поднялся с постели. — Не думал, что мне попадется такая жена.
— Я пока только невеста, — из-за навалившейся дремоты говорить стало трудно.
— Нет, уже жена. И по сравнению с предыдущей… — его слова затерялись во сне.
— Какой предыдущей? — подскочила я, сразу же встретившись взглядом с Нирой, со встревоженным лицом нависшей надо мной.
— Аннэ, уже далеко за полдень.
Я осмотрелась, тряхнула головой. Где сон, а где реальность? Это был плод моих фантазий или воспоминания? Хотелось поразиться способности мозга выдумывать такие четкие картины, разговоры, эмоции, чувства и то, чего я раньше никак увидеть не могла…
— Ох, — прижала я ладонь ко рту.
Айлин никак не просыпалась. Я заглянула к ней рано утром, но застала младшую Блэр в постели. Она блаженно улыбалась, прижимала к себе подушку и выглядела такой счастливой, что будить ее было бы преступлением.
Я в очередной раз тихо прикрыла за собой дверь и отправилась на кухню за завтраком. Хотелось порадовать аннэ, а то в последнее время у меня выходило только огорчать. Но что я могла?
По дому ведь бродил самый настоящий демон. Стоило выйти в коридор, как появлялось ощущение, будто он вот-вот нападет из-за какого-нибудь поворота и съест заживо. Да, младшая Блэр говорила о безопасности, о печати, не позволяющей никому причинить вред. А если это не так? Вдруг наступит сумеречный день, полнолуние, кто-то вызовет его или еще чего хуже. Это ведь демон! Существо, которое испокон веков убивало ради прихоти! Как я могла спокойно ходить по дому, когда оно следило за мной, наблюдало из темноты, ждало удачного момента, чтобы показать всю свою силу. Разве чудовища не умеют притворяться? Разве они не могут притупить бдительность, сославшись на печать, а затем взять под контроль всех и каждого, устроить свой маленький ад, потешаться игрушками-людьми?
