Мышцы на теле Сергея проступили отчетливее. Сквозь сжатые губы у него прорвалось тихое шипение, а веки на секунду сомкнулись. Кира довольно вздохнула и поерзала на месте, предприняв бесплодную попытку ненамного унять томление между собственных бедер.
Грудь ныла; желая прикоснуться, она подняла свободную руку, когда Сергей поймал ее движение вновь распахнувшимся взглядом, что в миг стал еще темнее и порочнее. Кира замерла, растерянная и смущенная, но мужская ладонь немедля накрыла ее собственную и, закончив начатый прежде жест, сжала через ту упругое полушарие с напряженным соском.
— Поласкай себя, — попросил Сергей хрипло. — Я хочу посмотреть.
— Я...
Вместо ответа он толкнулся в удерживающую его член ладонь, и Кира поперхнулась вдохом из-за ударившей по всем нервам волны возбуждения: такой развязной, пошлой и горячей ей показалась эта единственная фрикция.
— Ну же, — подбодрил Сергей. — Нам нечего... — говоря, он выпустил ее ладонь из своей и занялся второй грудью: слегка сжал, ударил кончиком ногтя по затвердевшему соску — и наклонился ниже, шепотом лаская мочку уха: — ...стесняться. — Пальцы второй руки легли на Кирин лобок.
Они одновременно приглушенно застонали, когда она наконец отмерла и действительно осмелилась на ласку — для него, и для себя. Губы встретились в затяжном, влажном и глубоком поцелуе. Тела прижались друг к другу еще ближе, пока их руки уже совершенно бесконтрольно, с запредельной откровенностью доставляли им взаимное, сумасшедшее удовлетворение, подводя к краю, но не позволяя ступить дальше, возводя муку ожидания на новую высоту.
В подобных нечастых встречах прошла вторая половина августа. Кира и Сергей виделись пару—тройку раз в неделю, взаимно хорошо проводили вечер и ночь и возвращались каждый в свою жизнь. То первое свидание в ресторане неплохо их сблизило, и испытывающая прежде тревогу Кира наконец успокоилась и привыкла к Сергею, едва убедилась, что с его стороны не исходит никакого рода ожиданий и давления.
Вряд ли у них что-нибудь получилось, если бы кто-то из них требовал большего. К счастью, они легко и естественно пришли к гармонии, и Кира пустила ситуацию на самотек, не имея ни сил, ни желания просчитывать шаги далеко наперед. Занятость Сергея, особенно возросшая с хлопотами по открытию нового ресторана вполне ее устраивала: хватало времени на стажировку и — сначала на подготовку к магистратуре, а затем — на саму учебу.
Уже в сентябре было сложно сказать, кто из них живет в большем цугцванге. С началом осени голова у Киры шла кругом от нагрузки в бюро и университете.
С раннего утра и до обеда она слушала лекции и отвечала на семинарах, после бежала в офис, не всегда успевая хотя бы перекусить, и возвращалась домой ближе к восьми, где снова принималась грызть гранит правовой науки или доделывала выданные Поповой задания. Сон из этой дикой погони за мозгами и шансом на хорошую карьеру давно сошел с дистанции.
— Выпьем кофе? — предложила Марго с надеждой после четвертой пары. — У тебя же есть время до работы?
Шагавшая рядом Кира широко зевнула, не в силах справиться с сонливостью, и медленно потянулась к телефону. Заторможенно посчитав, как скоро ей обязательно нужно быть в офисе, она согласно кивнула.
— Да, почти час есть. Даже успею пообедать по-человечески.
Марго бросила в ее сторону обеспокоенный взгляд и неодобрительно покачала головой.
— Не слишком ли много ты на себя взвалила, Кир?
— А что остается? Я не хочу пролететь как фанера над Парижем, когда Попова будет решать, брать меня к себе полноценным помощником или нет и растить ли потом из меня адвоката. Это мой шанс.
— М-да, — протянула Марго удрученно. — Ты права, конечно, но, блин, Попова ваша просто зверь. Ты как расскажешь, сколько всего делать приходится, — у меня волосы дыбом встают. Я бы не потянула.
— Не скромничай, — подразнила Кира. Спустившись на первый этаж, они синхронно принялись одеваться в пальто и наматывать на горло шарфы: сентябрь выдался на редкость холодным. — Ты вполне справляешься у себя.
— П-ф-ф, сравнила. — Марго закатила глаза. — Я там пока больше принеси — подай — на звонок ответь — клиента запиши. Максимум почту разобрать могу. Такое ощущение, что я не помощником юриста пошла, а секретаршей. Даже перед родителями похвастаться нечем.
— Эй, ну ты чего? Погоди отчаиваться, может, они первый месяц всех так гоняют. Или поговори с наставником. Он у тебя адекватный вроде бы?
— Ага, но как-то неудобно сразу ныть.
— А если не сразу, то удобно? — рассмеялась Кира. — Впрочем, да, понимаю твою стратегию.
— Вот-вот. Жесть, — Марго поежилась и покрепче прижалась к ее плечу, когда они вышли на улицу. — Ну и ветер. Пешком пойдем или на метро?
— Давай все-таки пройдемся? Холодно, конечно, но я уже устала сидеть целыми днями, даже поясница ныть начала. Се... — Кира вовремя себя остановила. — Скоро мышцы атрофируются.
— Ну ладно, — без энтузиазма согласилась Марго, не придав значения ее оговорке.
