Я начал ходить на тайные собрания Арс Амантис (как ты мне советовал, помнишь?), скрываясь под плащом; ты найдешь его в чемодане, который я посылаю тебе вместе с письмом. Еще в нем есть карта, с помощью которой ты найдешь место собраний, и статья об истории ордена из одного старого журнала. Статья называется "Арс Амантис существует", в ней содержится немало любопытных и вполне достоверных фактов, которые помогут тебе разобраться, что к чему. Но не обольщайся: сборище в парижских катакомбах имеет мало общего с могущественным орденом, на изучение которого я потратил столько лет. Цели у них благие, но зависть и ненависть все портят.
Ты обязательно должен пойти. Смотри, слушай и будь осторожен. Арс Амантис все это время искали свою реликвию, но нынешние ее недостойны. Пусть Святая остается в зеленом доме, под твоей защитой.
Женился я поздно; жена, художница, как и я, отлично меня понимала и целиком посвятила себя заботе о Сиенне, ставшей для нас кем-то вроде члена семьи.
Ты спросишь, зачем я тебе все это рассказываю. Дело в том, что год назад у меня родилась дочь. Представляешь? У меня, превыше всего ценившего свободу... Прелестная девочка, которую я обожаю и которую, к сожалению, не смогу вырастить. Моя маленькая Мазарин. Только это меня печалит. Я не смогу обнимать ее и качать на руках. Она не узнает, каким я был и как сильно ее любил. Не я открою ей красоту нашего мира, не я вложу в ее ручку карандаш, чтобы она его запечатлела. Мы не будем творить вместе, не будем играть в счастливую семью.
По правде говоря, я никогда не думал, что проживу так мало. Смерть совсем близко, на меня уже легла ее тень, но мне совсем не страшно. Человеку, который вот-вот уйдет в мир иной, в этом мире нужно поразительно мало. Знаешь, Антекера? Близость смерти превращает нас всех в рыбаков. Когда боль немного стихает, я вылавливаю былое из озера своей памяти. Жизнь — бесконечное движение, цель маячит на горизонте, но нам к ней никогда не приблизиться.
Я не сомневаюсь, что моя жена будет для Мазарин прекрасной матерью, но, если и с ней что-нибудь случится, прошу тебя, позаботься о моей девочке. Ты — единственный человек, которому я готов ее доверить. Мне жаль, Антекера, очень жаль, поверь.
Я вручаю тебе то, чем в этой жизни больше всего дорожил: свою дочь и тайны прошлого, запертые в стеклянном саркофаге: Сиенну.
Умоляю, не бросай их. Я и на том свете буду тебе признателен.
С наилучшими пожеланиями тебе, твоей жене и сыну.
Прощай, друг мой.
Раймон Кавалье
