Манипенни, твой мальчик, видно, неотвратим, словно ройосиный,Кол осиновый; город пахнет то мокрой псиной,То гнилыми арбузами; губы красятся в светло-синийТелефонной исповедью бессильнойВ дождь.Ты думаешь, что звучишь даже боево.Ты же просто охотник за малахитом, как у Бажова.И хотя, Манипенни, тебя учили не брать чужого —Объясняли так бестолково и так лажово, —Что ты каждого принимаешь за своего.И теперь стоишь, ждёшь, в каком же месте проснётсястыд.Он бежит к тебе через три ступени,Часто дышит от смеха, бега и нетерпенья.Только давай без глупостей, Манипенни.Целевая аудиторияне простит.
10 сентября 2007 года
<p>Неправильный сонет</p>Мой добрый Бузин, хуже нет,Когда перестают смеяться:Так мы комический дуэтИз дурочки и тунеядца,Передвижное шапито,Массовка, творческая челядь.А так-то, в общем, – сказ про то,Как никогда не стоит делать,Коли не хочешь помереть —Не бравым командиром Щорсом,Не где-то в Киево-Печерском,В беленой келье – а под чёрствымТулупом, что прогнил на треть,На лавке в парке, чтобы впредьВсе говорили – да и чёрт с ним,В глаза стараясь не смотреть.
17 сентября 2007 года
<p>Кричалка</p>Буду реветь, криветь, у тебя же ведьВремени нет знакомить меня с азами.Столько рыдать – давно уже под глазамиИ на щеках лицо должно проржаветь.Буду дружна, нежна, у тебя жена,Детки, работа, мама, и экс-, и вице-,Столько народу против одной девицы,Даром что атлетически сложена.Буду Макс Фрай, let’s try, Айшварья Рай,Втиснулись в рай, по впискам, поддельным ксивам,Если б ещё ты не был таким красивым —Но как-то очень, – ляг да и помирай.Буду тверда, горда, у тебя всегдаЕсть для меня не более получаса —Те, у которых вздумало получаться,Сделались неотложными, как еда:– «Эй, беляши, горячие беляши» —Просто не перестанешь об этом думать.Просто пришла судьба и сказала – ну, мать,Вот ты теперь поди-каДа попляши.
